Дата создания: 20.05.2015
Название: Горящее Небо
Система игры: эпизодическая
Рейтинг игры: 18+
Мастеринг: смешанный
Каждый день для вас трудятся
Aurora Hart
Mukuro RokudoElina Mears
Нужные персонажи

Занзас, Леви-а-Тан, Луссурия, Сасагава Рёхей, вся Семья Сфорца, вся Семья Риколетти, особый отдел ФБР.

25.12.2014 г. | Добро пожаловать к дяде

Эмель
— Вы должны понимать, что цена должна быть.. м~м.. адекватной. — «А то знаю я, аппетиты Игараси-сама.» — И, безусловно, весьма удачно то, что я прибыл в Японию в поисках информации. И уполномочен вести подобные переговоры. - Эмель снова бросил взгляд на коробочки мирно покоящуюся на столе, выдавая свою заинтересованность.

КАНОНИЧЕСКИЕ персонажи принимаются по упрощённому шаблону. Очень ждём Хранителей Вонголы!
18.10.16
Вводится новое правило. Если вы не предупреждали об отсутствии (все мы можем быть заняты, все всё понимают), то в сюжетные эпизоды, посты пишутся в течении недели ( 7 дней). Если Вы не укладываетесь в означенный срок, персонально оговорим тот интервал, в который Вы сможете ответить.

Katekyo Hitman Reborn: Burning Sky

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Katekyo Hitman Reborn: Burning Sky » Архив законченных игр » [сюжет]28 декабря 2014 года | Насыщенный день - даже утром насыщенный.


[сюжет]28 декабря 2014 года | Насыщенный день - даже утром насыщенный.

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

1. Место действия:
Аляска.
Научный центр.

2. Время действия:
После квестов:
[Мишень 42] Долгожданные известия.
[Мишень 43] Идеальный сюрприз

3. Погода:
-

4. Участники:
Light Earwing, Mukuro Rokudo

5. Краткое описание:
Доктор Эрвинг возвращается в свою обитель, чтобы заняться текущими и только возникшими делами, а Рокудо направляется к нему, чтобы поприветствовать, и обосновать своё присутствие в лабораториях.

0

2

Ненавязчивая, чуть звенящая, словно аккуратные колокольчики, и тягучая, как искрящийся шлейф хрупкой красавицы, мелодия осторожно заполоняла все огромное помещение, своим обилием белых и светло-серых тонов словно бы пытающееся врезаться в память даже самого неискушенного в интерьере человека, и первым снегом оседала на всех предметах, придавая им еле заметное свечение. То была мелодия сердца, тоски и внутренней красоты, рвущейся наружу вместе с дыханием; прекрасная пьеса немецкого классика не могла не дарить душевный покой и угонять прочь тревоги.
Для умнейшего человека замечательнейших манер, но, увы, в последнее время явно не сдержанности, по имени Лайт Эрвинг, было привычным досугом расслабляться в своем строгом кресле закрыв глаза и отодвинув на все восьмые и десятые планы разнообразнейшие невзгоды различной степени тяжести. Некомпетентность отдельных лаборантов не могла не раздражать, разумеется, однако разум все же взял верх над расшалившимися нервами - Лайт понимал, что ему придется трудно без своей маленькой армии трутней, а искать замену одному звену, в его случае, придется долго.
"Впрочем, мне ли об этом беспокоиться?"
Доктор был спокоен; доктор неторопливо, если не сказать лениво, протирал свои антикварные очки и думал, думал, смотря сквозь стекла пустым взглядом. Резинка и лента для волос были небрежно наброшены прямо на кипы чертежей, черновиков и отчетов, что очень выделяло рабочий стол на фоне всеобщего порядка и идеальной чистоты помещения, в то время как привычный для образа белый халат с непередаваемой аккуратностью покоился на спинке кресла. Если ныне смотреть на мужчину со стороны входа, то наверняка можно было бы принять его за какого-нибудь учтивого и очаровательного принца, который, запертый в этой белой комнате в ожидании суженой, силой своей любви способной освободить узника из его безразличных хоромов, постиг все известные миру науки и при этом сохранил в себе неувядающее соцветие природной доброты и нежнейшей души. Жаль, конечно, что ожидания так часто приходиться расстраивать. Лайт учтив, Лайт очарователен и Лайт, возможно, даже принц, но белый цвет в его облике присутствует не из святости, а от холода.
Между тем, о чем же наш так называемый "ледяной принц" думал? Что же обуревало его мысли настолько, что серебристые вьющиеся локоны, казалось, совсем не двигались, а в светло-голубых глазах нельзя было ничего прочесть кроме морозящего безразличия?
То были образы - отрывочные, но очень яркие и четкие; они наслаивались друг на друга, крепились булавками, сортировались, а подписаны были коротко, лаконично, каллиграфическим почерком, и как правило подкреплялись формулами. Нельзя сказать, что перед глазами ученого мелькал диафильм или хотя бы слайд-шоу; то, скорее, было огромное облако воспоминаний, жизненного опыта и математических теорий, которые он скреплял нитями соответствующих цветов. Память гения сравнима с лабиринтом, очень запутанным и разнообразным, чья отделка на каждой развилке может разительно отличаться от предыдущей. Память Лайта - идеальная ловушка не только для зазевавшегося обывателя, но и для него самого; получая каждый день огромные потоки информации, которые так и норовят слиться со знаниями прошлого, мужчина может и не найти сразу нужного ему клочка воспоминаний. Выход-то прост - накопленные знания необходимо периодически систематизировать, новое - вплетать, а ненужное ныне - безжалостно расщеплять на атомы, и переоценивать, и переставлять приоритеты, и внимательно вглядываться в свое творение, запоминая расположение каждого элемента, чтобы не запутаться в собственной паутине. Все это не так сложно и невероятно, как звучит, по крайней мере Лайт уже не обращает внимания на затраченное на данную процедуру время. Единственную процедуру, на чью продолжительность не обращает внимания, если быть точным.
Лайт не волновался совершенно; мелодия играла довольно тихо, чудесным образом помогая в мыслительном процессе, и поставлена на повтор, дабы сохранять атмосферу безмятежности и одновременно - внутренней работы. Знаменитая "Für Elise" в исполнении Иво Погорелича является незаменимым помощником в необходимом ему уединении, умело придавая бледному запустению вокруг узорные края, словно бы маленькая принцесса вырезает снежинки из блестящей фольги. Мужчине очень нравилась подобная атмосфера, но это в чем-то волшебное, легкое забытье совершенно не вязалось с тем, о чем рассуждал этот умиротворенный с виду человек.
Эксперименты идут как нельзя лучше. На данный момент получается очень грамотно совмещать безобидные, по крайней мере, по меркам руководителей сколь-нибудь крупных компаний, исследовательские искания, за которые Лайт получает на один из своих банковских счетов довольно-таки умеренные суммы, определенные опыты и разработки в сфере так называемого Пламени, и, конечно же, в чем-то совместная теория и практика с господином Верде, целью которой является опровержения могущества естественного порядка вещей и доказательство превосходства науки над обществом, государством и мировым порядком. Ученый не блефует; если бы политическая элита тех же стран G7 узнала о том, что мафия на самом деле способна противостоять всей их армии вместе взятых с помощью одних только малопонятных для обычных людей внутренних чакр с сопровождением световых эффектов, то либо рассмеялась бы, либо начала бы тотальную войну, тут уж как повезет. А Лайт создал чудо-природы, которое не убьет даже атомный взрыв. На каком приоритете опасности находился бы Лайт в их глазах: первом или первейшем?
Работать с доктором Верде, нужно признать, сплошное удовольствие: он чертовски умен и не стеснен в методах, не зациклен, так сказать, на "врачебной этике", которая с нового времени ущемляла прогресс в пользу сохранения жизней отбросов по типу уголовников и овощей из психиатрических лечебниц, предлагая заместо них совершенно беззащитных животных, которых человек истреблял решительно во время всего своего существования и, кажется, не успокоится, пока не истребит совсем. А ведь горка маленьких пушистых трупов кроликов - это лишь малая часть того, что будет, если у власти поставить имбецила, посему можно легко понять, почему мужчина так ценит гениального ученого в вечном белом халате: приятно знать, что на этот свет еще появляются люди со светлыми головами и рациональным мышлением. Впрочем, такая похожесть между гениальными учеными может в любой момент обернуться боком, ибо пьедестал победителя не сможет уместить на себе двоих. Да и эти его расточительные траты живых ресурсов... Как прискорбно.
"Надо бы в скором времени им заняться", - Лайт бросил беглый взгляд на край отчета Верде, скромно выглядывавшего из-под вороха точно таких же белых бумажек, не отрываясь от протирания очков.
По правде говоря, да, из людей, которых мужчина признавал равными себе по гениальности, остался разве что аркобалено. Бьякуран ныне отдыхает в карцере и смиренно ожидает своего будущего, за него не стоит беспокоиться. А вот его приверженцы и возможные подчиненные могут хватиться за нерадивого босса, и сколько же неприятностей они смогут принести, когда застанут его в неимоверно жалком состоянии! Или лучше, чтобы не застали вовсе? Поиграть вместе с ними в прятки, дразня провокационными подсказками, или притвориться тщедушным заикающимся профессором, дабы ослабить бдительности? В любом случае, проблемы будут, если не схватить их всех разом за глотки, а вот Верде - лошадка очень непредсказуемая, даже своенравная, и не стоит гадать на кофейной гуще, сидя за уютным столиком, позволяя малышу находиться рядом со стойкой мясницких ножей.
Да... Бьякуран сам себя подставил своей последней выходкой, а сколько бы мог еще Эрвингу нервы сахарной пудрой посыпать! От Верде такая угроза, такой напор прозвучат несерьезно; внешность у него какая-то... неугрожающая, слишком стереотипная. Надо бы подготовить подходящую провокационную ситуацию, которая загонит аркобалено в угол и не даст шанса выйти из нее, не затронув такое драгоценное самомнение. И тут-то Лайт его и!..
Мужчина неожиданно замер, даже прекратив орудовать платком. На краю стола самопроизвольно включился ноутбук, извещая о каком-то срочном деле. Доктор с легким любопытством подкатился ближе к компьютеру, открыл монитор и в единственном окне увидел оповещение о звонке, как ни странно, в дверь. Мужчина чуть сощурился; приходят к вратам его обители разве что с предупреждением недельной выдержки, или же часовой, если ситуация срочная. Особые привилегии есть разве что у Эммы и были, - да пусть шея его не затекает! - у Бьякурана, а вот у прочих обитателей комплекса не хватает полномочий прогулочным шагом ломиться в его кабинет. Лайт логично рассудил, что сейчас должен был увидеть милое личико своей жены, которая смотрит в камеру над кнопкой вызова своими преданными глазами и не решается пользоваться ключом-картой, который он ей дал, но что-то реальность в этот раз обманула его ожидания.
Расплывчатые очертания на мониторе принадлежали явно мужчине и явно синеволосому, и этого хватило, чтобы Эрвинг с некоторым скепсисом надел свои до блеска отполированные очки обратно на переносицу. И правда мужчина; на ученого не похож, да и среди лаборантов он его даже мельком не видел, а своей памяти на лица Лайт доверял. Новенький трутень? Почему он ничего об этом не знает?
Мужчина думал буквально секунду, и, рассудив, что держит над своей территорией полный контроль, подтвердил выбор микрофона.
- Добрый день. Не могли бы Вы назвать цель своего визита и, по возможности, Ваше положение на этом комплексе?
Также ученый неторопливо постукивал указательным пальцем по часам, в которые был встроен передатчик связи с охраной. На всякий случай, разумеется, не будет же какой-то чужак своевольно открывать закрытую перед ним дверь грубыми способами?

[NIC]Light Earwing[/NIC]
[STA]Доктор Франкенштейн[/STA]
[AVA]http://s7.uploads.ru/Ux4pg.jpg[/AVA]

Отредактировано Light Earwing (2015-12-09 14:23:42)

+1

3

Когда Мукуро открывает глаза, развеяв реальную иллюзию, при помощью которой общался с Наги, прикидывает, что прошло около получаса, и сейчас, наверное, уже вполне можно собираться и идти выполнять следующий пункт плана. Полагаться на Бьякурана, да и вообще полагаться на кого-то, в вопросах собственного трудоустройства туманник не привык, хотя такая мысль звучала довольно абсурдно, вызывая смешки.
Доктор Верде, гениальный Аркобалено вряд ли будет против такой компании, да и Рокудо было что ему предложить, чтобы вызвать интерес, и дать повод и самому стремиться в сотрудничеству, а вот доктор Эрвинг. С ним, за время своего короткого пребывания в лабораториях в теле Фурньер, Мукуро пересёкся всего один раз, да и то, достаточно бегло, и ещё другой, и ещё тогда, когда проводил "беседы" с сотрудниками научного отдела, задействуя способности Тумана, выясняя нужные ему сведения, уточняя, хотя и довольно поверхностно. А Лайт Эрвинг был интересен. Его обида на коллег-учёных  не признавших его методов работы, желание быть замеченным, признанным, лучшим, самомнение, какое ещё поискать нужно - самое явное и яркое, то что доступно иллюзионисту, оружием которого является человеческое сознание, в первую очередь "считывающего" такие вещи.

Было неплохой идеей навестить его лично, так считал Мукуро, во всяком случае, даже если тот не захочет себе в команду нового лаборанта, и придётся задействовать толику гипноза (при условии, что он вообще сработает), или придумать, что ему предложить. Уж точно не говорить, что он опасный преступник. Туманник фыркнул, представив себе и такой вариант событий. Даже немного интересно, если он честно расскажет, кто  он и чем занимается, это будет ему в плюс или минус, в глазах Эрвинга.
То что они изучают, искусственное пламя требующее подзарядки, работающее на своеобразном аккумуляторе, Джокеры, всё это чем-то напоминает детство самого Мукуро, ведь свои Шесть путей Азуры туманник приобрёл не совсем обычным путём перерождения, не без вмешательства господ учёных, мир их праху. Наверное, десять лет назад туманник бы возненавидел и это место тоже, просто потому что слишком похоже на лабораторию его детства, и предпочёл бы разнести всё до основания, убить людей и самих Джокеров тоже, чтобы глаза не мозолили, а сейчас и сам не прочь поучаствовать в исследованиях. Какая ирония.
Впрочем, задумываться о морально-этической стороне вопроса, проводить параллели между воспоминаниями и происходящим Рокудо не собирается. Ему интересно и всё тут. К тому же, на текущий момент, исследовательский центр это место, откуда исходят все самые интересные события, сваливающиеся сейчас на Вонголу. И дальше будет только веселее, и Мукуро предпочитает остаться рядом с Бьякураном, тем более что всё так удачно сложилось, заниматься тем, что захватывает сейчас, и наблюдать со стороны за развитием и действиями Вонголят, Альянса и самого Зефира, не вмешиваясь вплоть до того, когда настанет тот самый удачный, удобный момент. И тогда туманник может выступить как за Вонголу так и за Бьякурана, если так будет интересней и удобней ему, или пойдёт против обоих. Остаться в стороне, исключительно в качестве наблюдателя не получится, события обязательно затронут его, или Кокуйцев, или Наги понадобится помощь, или ещё что-то приключится, ну да иллюзионист и не стремится всё время быть в тени, не вступая в такую интересную игру.

Переодевшись в штаны и рубашку, накинув сверху белый халат (всё это нашлось в платяном шкафу), туманник набросил иллюзию на кольца Ада и Перчатку Верде, чтобы их не было видно никому кроме самого Мукуро, ведь такие игрушки запросто будут узнаны, и это может насторожить доктора; и замаскировал атрибуты Вонголы, для надёжности набросив на них Туманную Завесу.
Паранойя возможно, иллюзионисту было плевать, зато теперь, если кто-то зайдёт в его комнаты не увидит на тумбочке ничего, а увидев, каким-то чудом разве что - не сможет добраться. Вряд ли у кого-то в Центре, кроме самого Бьякурана, и может, Погребальных Веноков и пары Джокеров хватит сил разрушить его защиту, без особых проблем выдерживающую полную мощь х-баннера, не убив самого Мукуро.

Поход по коридорам не занимает много времени, и вскоре иллюзионист достигает обители Лайта Эрвинга, вежливо стучит в дверь, пока из динамика возле камеры не звучит голос гениального учёного.
- Добрый день, доктор Эрвинг. - Рокудо на миг задумывается, прикидывая какую из версий, придуманных на ходу выдать. В общем-то, он вполне мог укрыться туманом, и войти в кабинет, попросту взломав замок, но это было бы не очень вежливым началом для знакомства. - Я от доктора Верде.
Туманник на время опустил подробности вроде имени и своего положения, решив, что такие вещи лучше обсуждать лично. Правда, сам доктор Верде ничего не слышал, но с ним Мукуро решит позже, это будет куда легче, или попросту свалит решение вопроса на Бьякурана. Пусть сам придумывает, зачем его гость рассказывает сказки местным умам. - По очень важному делу. - Итальянец вежливо улыбается, терпеливо ожидая решения Лайта.

+1

4

Ну, что у некоторых людей за нездоровая такая тенденция - тянуть резину, по капле выдавливая из себя принесённые ими сведения; и ладно бы, если б эти данные представляли собой нечто неотложное и важное - но нет, в большинстве случаев это если не откровенный вербальный хлам, то, во всяком случае, такое, что вполне ждёт, и никакой беды не стрясётся, если об этом и вовсе позабыть. Если бы не упоминание бывшего аркобалено Грозы, Лайт бы вовсе не стал тратить внимание на заявившегося без предварительного предупреждения парня, отправив его ожидать аудиенции после дождичка в ночь с четверга на субботу. Однако, игнорировать запросы уважаемого - насколько такой человек, как Лайт, вообще мог кого-либо уважать; скорее, признавал талант и бесспорные заслуги, - было слишком чревато. Доктор всё равно найдёт пути осуществления своих грандиозных авантюр, а он, Лайт, не только лишится рычагов давления на крокодиловода, но и, оказавшись не в курсе, рискует напороться на весьма неприятный сюрприз в самый неожиданный и неудобный момент. Вспомнилась книга, в которой две разных группы заговорщиков пытались освободить из центральной государственной тюрьмы лидера повстанцев, своего искренне обожаемого вождя, и не преуспели только потому, что не согласовали планы между собой, и те оказались взаимоисключающими. Плачевно они все вообще кончили, половина загремела на плаху, а всё из-за своего легкомыслия. Нет. Нет, такая глупость и безалаберность недостойна того, кто носит фамилию "Эрвинг", пусть так будут действовать дружки Джессо, среди которых он никогда и не замечал особых единства и собранности, один Хранитель Облака тянул на полностью адекватного, вменяемого и умного, способного организовать и направить остальных в отсутствие Бьякурана; однако, если устранить и его, убрать других представителей шайки не будет большой проблемой. Так, значит, нужно начать с того, чтобы ликвидировать... Как там зовут этого кудрявого?
- Подробнее, - отрывисто и сухо бросил Лайт. Мало ли, какой левый проходимец именем профессора прикроется. Конечно же, с одной стороны, посторонних в центре не имелось и быть не могло, зато с другой... Вломился же сюда когда-то Бьякуран. И пусть и он, и Верде утверждали, что приглашён он был аркобалено, Лайту чудилось тут нечто неладное, пустоватыми в тот момент выглядели глаза доктора, да и голос... Не хватало обычной пренебрежительности ко всему и вся, куража, наглости, если можно выразиться, словно оболочка вещала, а чувства и эмоции полностью отсутствовали. А потом в его, Лайта, вотчину вломилась вся кодла белобрысого, и чёрт - он не верил в чёрта, но на этом месте рассуждений очень уж захотелось выразиться покрепче, - знает, какие ещё последствия их деятельности ему предстоит расхлёбывать. Это как солдат, приехавший в армию вместе со всей семьёй - на одного бойца от пары людей до целого взвода троглодитов и спиногрызов, чумички-жены и какой-нибудь древней ведьмы, любимой бабки служивого. Корми их, присматривай, чтобы не ранило, не лезли, куда не прошено, да и не украли бы чего... Пф, спасибо, как будто и так не хлопот полон рот.
Кстати, о деятельности. На одном из мониторов слежения, сейчас отключенных, дабы не отвлекать хозяина кабинета от мыслительного процесса, замигала красная круглая лампочка. Лайт нажал на кнопку, и тот заработал - и в нём моментально отобразилось быстрое движение, и нечто вроде небольшого локального взрыва. Датчики высветили выброс пламени. Мелькнули очертания голубоволосой девочки с рыбьим хвостом. Трансформация? Уже? Что ж она так торопится безвременно скончаться? Почему-то отчётливо представился взгляд этого парня после того, как Лайт предъявит ему голубое кольцо с крылышками и скажет, что сжёг носительницу этого украшения своим разрушающим любое чужое хадо пламенем. Интересно даже, Бьякуран умеет плакать?
Она сделала это. Так предсказуемо. Эрвинг ожидал, что первым сорвётся Хранитель Солнца, но и так сойдёт.
Вот! Что и требовалось доказать! Горящее кольцо Джессо предупреждало о чём-то подобном, и вуяля! Ни терпения, ни хитрости, ни выдержки! Вместо того, чтобы разведать обстановку, тихо-мирно поспрашивать учёных и младших служащих, возможно, даже поиграть в наивную дурочку - а Лайт, признаться, в случае с этой поверил бы и повёлся, - и ввалиться в запрещённые сектора центра под тем предлогом, что заблудилась, и вообще, она потеряла своих, ей одиноко и страшно, она увидела паука-червяка-таракана-сороконожку-сколопендру-мокрицу-вставить своё, ей холодно, голодно, и она ничего не понимает... Сия особа выбрала самый примитивный вариант и подставила себя под удар! То, что он, Лайт, забрал их босса, и то, что именно он это сделал, и что босс не сам нарвался - кстати, это будет, по мнению Эрвинга, ложью, что белобрысый заслужил, то и получил, - надо ещё доказать, а вот агрессия Хранителей Джессо уже налицо, хватай их, бей, вяжи, твори что вздумается. Они - провинившаяся сторона. Профессор широко ухмыльнулся, разве что руки не потёр - слишком уж шаблонно-злодейский жест, - и в ладоши не хлопнул.
- Извините, возникли технические неполадки, подождите пять минут, или приходите чуть позже, - елейным голосом пропел Эрвинг в динамик, насилу скрывая торжество, и отключил связь. Ни к чему посланцу Верде слышать его распоряжения. Если же мужчина снаружи соврал-таки - то и тем более.
Вскоре несколько личностей из числа проживающих в этом здании получили следующие приказы:
- Активация режима "Троянский конь", - это естественно, ибо опаснейший враг уже внутри "крепостных стен", - Уровень опасности - "S", - ну, ещё бы, наивысший, - Разрешается задействовать "Звезду смерти"... - если кто-то на этом свете и не смотрел "Звёздные Войны", то Лайт в их число не входил, эти фильмы составляли чуть ли не единственное по-настоящему замечательное воспоминание его детства, - ...и "Собаку Баскервилей", - ну, почему бы такое не назвать в честь жуткого фосфоресцирующего монстра, нагонявшего ужас на целую местность, и являвшегося проклятием древнего грешного рода сладострастника и богохульника Гуго? И подразумевалось реальное чудовище, кара Господня, а не жалкое творение несчастного Стэплтона, - Цель - полная ликвидация объектов, - да, он уверен. "Ангел" бросил ему вызов и проиграл, - Настоятельно рекомендую начать с фиолетового, - где он, кстати? Между прочим, на мониторах следов присутствия патлатого не обнаружилось. Спровадить, что ли, гостя и заняться игрой в кошки-мышки среди бесчисленных лестниц и коридоров центра? Того, кому наверняка известно местонахождение Облака, по вполне понятным причинам не спросишь, даже если бы тот не впал в своеобразный анабиоз, вряд ли физической болью или угрозами можно вытрясти из него сведения. Следовательно, придётся самому.
Закончив сей короткий разговор - а, вернее, монолог, ибо ответили ему лишь зажёгшимися на панели зелёными квадратиками, знаменовавшими "понял, принял к исполнению", - Лайт отключил мониторы и вернулся к своему незваному посетителю, втайне надеясь, что куковать под дверью тому надоело:
- Вы ещё здесь?
Он очень старался ничем не выдавать своего нетерпения.

[NIC]Light Earwing[/NIC]
[STA]Доктор Франкенштейн[/STA]
[AVA]http://s7.uploads.ru/Ux4pg.jpg[/AVA]

+1

5

Похоже, доктора Эрвинга не слишком устроил такой размытый ответ, и он решил узнать подробности, а спустя несколько мгновений его и вовсе что-то отвлекло, и связь прервалась. Туманник задумался. С одной стороны, внимание учёного могло привлечь что угодно, а с другой, он просто мог решить избавиться от гостя таким образом. В каком-то смысле это было на руку Мукуро. Ему не то, чтобы очень хотелось торчать перед лабораторией в ожидании чуда, но и пренебречь встречей было бы расточительством. В теле француженки они мельком пересекались, и даже перекинулись парой слов, ничего не значащие реплики, но тогда Туману удалось на несколько мгновений "прочитать" непризнанного гения с его желаниями, и узнать немного о том, что заставило думать о попытке Зефира посягнуть на мироздание и устроить погром.  Конечно, не столько от Лайта, информация собиралась по крупицам, складывать из слухов и домыслов, и в итоге Рокудо решил рискнуть и не прогадал. Риск обернулся для него значительной выгодой и возвращением тела. Сейчас была возможность узнать что-то не менее интересное. Занятые люди обычно напряжённо думают о своей задаче, чего-то опасаются, а это именно то, что нужно иллюзионисту, стоит лишь задействовать совсем немного пламени тумана. Это даже не атака, только страхи, желания, чувства - всё то, что воспринимается практически на эмпатическом уровне.  Но Эрвинг мог так непрозрачно намекнуть, что он занят и ему не до мелочей, и если Туман хочет задать хорошую платформу для собственных комфортных условий труда, может лучше уйти.
Мукуро тихо смеётся своим мыслям, отмечая образовавшуюся дилемму. Пока итальянец размышлял - время решило всё за него, и в целом, мужчину это целиком и полностью устраивало. Можно всё свалить на судьбу, которая хочет именно этого. Объяснение так себе, но Мукуро и не нужны объяснения перед самим собой.

-Да-да, я ещё здесь, доктор Эрвинг. - Туманник опускает привычное куфуфуканье, решив не акцентировать внимание на особенностях своего привычного образа, заменив его полусерьёзным тоном. Помня, что доктор жаждал подробностей, туманник добавил, - Я новый лаборант.  Меня вызвали для помощи доктору Верде. Вежливость не позволила обойти стороной ваш кабинет, и не сообщить о своём прибытии. - Вдохновенно додумывая подробности, итальянец изобразил серьёзность и сосредоточенность, играя не только голосом, но и мимикой. Судя по вопросу, за ним не наблюдали через камеру, но не стоило пренебрегать подобными мелочами.
Ещё, не велик был шанс, что с таким оправданием его вообще кто-то впустит, но по сути это и не было нужно. Они ещё не раз пересекутся в лабораториях, а формально - он отчитается, и если его сейчас завернут, это будет означать согласие. Остальное он уже решит с самим Аркобалено. Почему-то Туман не сомневался, что с Верде проблем не возникнет,  а остальное уже проблемы Зефира.
- Впрочем, если вы заняты, я могу зайти как-нибудь позже, а сейчас преступить к работе, не теряя времени. Мисс Фурньер не очень хорошо себя чувствует, и доктору некому ассистировать. - Конечно, после всего произошедшего Жанна будет спать ещё до середины дня минимум. Во всяком случае, туманник именно на это рассчитывал, и это придаст некоторое правдоподобие его легенде.  Если уж Лайт работает с Аркобалено, он должен иметь представление о характере своего напарника, и понимать, что тот достаточно себе на уме, чтобы отдать подобное распоряжение. Ну а от лаборантов обычно нет особого вреда, да и сам Верде слишком умён, чтобы звать кого попало, или делать что-то во вред Научному Центру, где находились объекты интереснейших экспериментов. Другое дело, что сам Верде был, как бы, немного не в курсе, но скоро Мукуро это исправит.

+1

6

И тут-то многоумный и просвещённый источник великих идей и потрясающих свершений, доктор Лайт Эрвинг поперхнулся воздухом и надсадно закашлялся, пытаясь протолкнуть в лёгкие хоть немного кислорода, и ему было при этом так плохо, что он глубоко плевал, что там подумает визитёр "на другой стороне". Эмоции профессора, при этом, плеснули через край столь ярко, что даже толщина двери и стен не могла помешать их проникновению наружу, где поджидал коварный туманник. Что?! Ещё один "ассистент Верде"?! Этот-то, хотя бы, не настолько же проблемный и невменяемый, как Джессо?! Чёрт побери, после вторжения Бьякурана Лайт очень просил коллегу не откалывать больше подобных номеров без предупреждения, и тот вроде бы как даже обещал это... Впрочем, вполне вероятно, что согласие тот дал на автомате, на самом деле думая о своих пробирках и агрегатах, моментально выкинув из головы неудобный разговор. С Верде бы сталось... Вытерев выступившие в уголках глаз непрошеные слёзы, придя в более-менее терпимое и уравновешенное состояние, Лайт слегка севшим, чуть хрипловатым голосом, про себя в сердцах и агрессивно интересуясь, доколе хватит у всех у них совести его дурить, парить и держать за идиота, проговорил:
- Извините, я плохо себя чувствую, - о, да, это правда, белобрысый и его выкрутасы, похоже, долго ещё аукаться будут, вышибая из колеи и отравляя существование, - Говорите, Вы прибыли к Верде? - этот четырёхглазый что, проходной двор на базе устроить решил? Ну, а если Лайт верно угадал, и не всё тут так чисто и гладко, как кажется? Эрвинг едва подавил желание вульгарно и грубо выругаться в динамик. Кажется, обжёгшись на молоке, он на воду собирается дуть... Но позволять делать из себя вислоухого осла, на которого любой может сесть и поехать, Лайт не собирался, ещё чего, - Я не против, чтобы Вы решили вопросы своего трудоустройства с ним. Добро пожаловать к нам, хочу рассчитывать, что Вам понравится, и Вы задержитесь, - точно, если парень не соврал, пусть он разбирается лично с носителем пламени Грозы последнего поколения аркобалено, а, если это ложь, то... Хорошо бы выяснить, как много знает новое лицо. Однако, не так, не приватной встречей один на один, Лайт подустал уже от столкновения с пламенем Неба Маре, и, хотя он выжег хадо белобрысого, собственной энергии на это ушло немало. Он лучше понаблюдает за поведением этого незнакомца непосредственно в стенах центра - заодно и проверит, отправится ли тот в действительности к Верде, и, если это будет происходить в одной из лабораторий, да где угодно, кроме апартаментов, где очкастый спал, и куда не давал установить камеры слежения, всякий раз пережигая их своим пламенем Грозы, либо иным способом выводя из строя, то и подсмотрит, и подслушает. И, в принципе, хотел оставить за собой выбор места возможной будущей встречи, её обстоятельства и прочие нюансы, подстроить комфортные для себя условия, а не впускать в свою святую святых, где Лайт трудился, отгораживаясь от непрошеных вторжений.
Проклятие. На их базу слишком легко проникнуть в принципе, а потом всякие проходимцы заявляются к самому порогу и начинают гнать так, что органы слуха отваливаются от количества навешенной на них лапши. Но Эрвинг кое-что придумал, и на базу нельзя будет ни войти, ни выйти без его ведома. Вот только... Не на эту. Чёртов Джессо накаркал-таки необходимость переезда. Лайт криво ухмыльнулся. Это место слишком скомпрометировано, но у него же достаточно связей, чтобы обеспечить себе выбор как минимум ещё из пяти вариантов. Он не знал, кто из Джокеров и Венков переживёт столкновение, однако, люди его совершенно не заботили. Эксперименты с искусственным хадо прошли успешно, и он создаст себе сколько угодно кукол, да не из таких отбросов - если из человеческого мусора, сумасшедших, бродяг, недоразвитых, заурядных человечков получилось нечто, способное потягаться с лучшими, то что будет, если взять специально подготовленных и обученных, имевших дело с войнами и кровопролитием бойцов? Теперь, когда у него на руках есть все эти технологии, а исследования практически завершены, Лайту даже Верде скоро станет не нужен.
И ему совсем не нравится мысль иметь конкурента, способного повторить всё то же, что и он.
Когда ум Верде будет выжат до последней капельки, как губка - его тоже предстоит устранить.
И хорошо бы Венки и Джокеры перебили друг друга. Ему вовсе не нужно, чтобы кто-то из обеих кучек серых посредственностей уцелел. Это даже повредит ему - надо бы обеспечить конец всем, кто выберется из сражений. Никто из этих тварей не должен выползти на свет божий, они всполошат народ и сорвут все замыслы Эрвинга... Единственный, кто ему пригодится, ввиду своих поразительных способностей добывать информацию - как жаль, что ни одна из его медитаций во имя контакта с другими измерениями не помогла, и он прозевал врага и силу, которой дано сокрушить его, у себя под носом! - это Бьякуран. Лишённый хадо, потерявший своих Хранителей, утративший физическую свободу, страдающий телесно, сломленный Бьякуран либо подчинится и выполнит требования, либо умрёт. Третьего не дано... Эрвинг поймал себя на том, что уже сделанного ему мало, что он хочет терзать сердце того, кто так его взбесил, до тех пор, пока не разорвёт в столь мелкие ошмётки, что никакое чудо не исцелит их. Поддерживать жизнь непокорного, артачащегося Неба ему слишком накладно выйдет. И, если тот предпочтёт не приходить себя, оставшись в состоянии пассивного куска мяса - тоже. Ничего, Лайт знает его слабость - Бьякуран не сможет навсегда игнорировать реальность, здесь есть люди, которые ему дороги, и он вернётся за ними. Тут-то ему и следует подарочек преподнести. Если выдержит - ему будет предложен выбор. Если нет - что ж, Лайт проявит к нему снисхождение и позволит догнать в странствии на другой берег Стикса своих драгоценных дружков. Ах, да, и, вроде бы, одну подружку?
Кстати, да. Как он мог забыть и подвергнуть себя такому риску? Ведь Верде ему давал цепочку, и Верде установил защитный экран вокруг центра, не позволяющий засечь многочисленные источники разнообразного хадо со стороны! Усмехнувшись ещё раз, хоть и обругав себя за неосмотрительность, Лайт двумя пальцами, будто ядовитого детёныша кобры или нечто, к чему противно прикасаться, извлёк кольцо со светлым камнем и крылышками и обмотал его блокатором пламени. Подумать только, а если бы эти бешеные вломились сюда по источаемым кольцами волнам? Эти штучки ни в коем случае нельзя недооценивать. Ему такого сюрприза, какой выкинул белобрысый "на прощание", не надо больше. Между прочим... Наверняка есть средство манипулировать кем-то из Хранителей Джессо, если воспользоваться их любовью и привязанностью. На тот расклад, если некоторые из них победят и останутся занозой у Лайта в мозгу. Этот длинноволосый, например - да как же его всё-таки зовут-то, и не особо сложное ведь имя?! - имеет шансы. Так вот, их надежду предстоит задавить на корню. И тогда их глупый и наивный босс первым делом, едва надоест изображать королеву-мать в обмороке, узрит их свежеотрубленные головы. Были бы ещё останки опознаваемыми, но здесь - как получится.
А ведь будет весьма забавно, если этот лаборант налетит на ошалевших Венков, или на Джокеров. Что ж, в таком случае "не судьба" встретиться вновь, и затруднение с неидентифицированными сомнительными людьми на базе решится само собой. Какое ему дело до ещё одной дополнительной жертвы? Будь Лайт таким сентиментальным - и ему не удастся и пальцем пошевелить. Мир меняют грандиозными кровопусканиями, великие реформы, завоевания, революции и свершения всегда означают горы трупов; и лишь смелый, решительный человек сможет переступить через необходимые потери, дабы достичь гораздо большего.
Итак, пока Венки и Джокеры отвлекают друг друга, стоит озаботиться новым убежищем и перевести туда самое необходимое. Верде можно пока оставить здесь, не предупреждая ни о чём, помрёт - значит, суждено так, выберется - будет иметь смысл вести дальнейший диалог. И обеспечить подрыв данного места, когда всё нужное, включая Эмму, окажется в безопасности. Ах, Эмма. Любовь - очень приятное и забавляющее дополнение к бытию, но никогда ни от кого Лайт не станет зависеть так, как дураки вроде некоторых, посвящающих себя другим, вместо того, чтобы жить ради собственного наслаждения и выгоды. Лайт не уважал тех, чьи чувства по отношению к кому бы то ни было могут повлечь суицид в случае, если с "драгоценными" стрясётся непоправимое горе, и те скоропостижно скончаются.

[NIC]Light Earwing[/NIC]
[STA]Доктор Франкенштейн[/STA]
[AVA]http://s7.uploads.ru/Ux4pg.jpg[/AVA]

+1

7

Забавная реакция. Стоило туманнику озвучить цель своего визита, как из селектора послышался кашель. Мукуро даже на секунду предположил, что гениальный профессор решил несвоевременно отбросить коньки и изобразил настороженность и лёгкое беспокойство. Просто на всякий случай.
Вскоре последовало объяснение произошедшему, давшее некоторую почву для размышлений, подтверждением которой стали отголоски эмоций, таких сильных, что пробивали даже через стену, которые эмпат не мог не уловить. Можно было предположить, что Лайт Эрвинг в смятении, словно бы ему известно что-то, что могло бы заставить насторожиться приходу нового лаборанта. Вот только с чего бы? Сам Мукуро не успел ничего особо натворить, да и не собирался, в общем-то, и по прошлым недолгим встречам знал, что Эрвинг вполне здоров. Вероятно, что-то произошло в короткий промежуток времени или ночью, что-то такое, что, исходя из реакции, Мукуро мог бы связать с собой простой логической цепочкой. С другой стороны, нельзя было отрицать, что некоторая паранойя присуща иллюзионисту, и он предпочёл бы перестраховаться, не пуская всё на самотёк. С другой, что бы ни произошло - он сможет выяснить подробности уже в течение дня, и нет смысла рисковать и настаивать на встрече, если уж профессор так жаждет спровадить незваного гостя.
Дослушав до конца, Рокудо сперва кивает, потом озвучивает принятое решение сосредоточенным голосом с нотками беспокойства.
- Вы уверены, что вам не нужна помощь медика? - Мукуро хмурится, на случай если за ним всё же наблюдают, потом кивает своим мыслям.  - В таком случае, я отправляюсь в лаборатории, и сообщу доктору Верде о своём прибытии.
Ни слова лжи, ни грамма фальши. Туманник собирается честно отправиться в лабораторию, и уладить вопрос с Аркобалено Грозы а потом уже решать проблемы по мере их поступления. В крайнем случае, он всегда может использовать пути отхода, на какое-то время уходя в тень и ничего не предпринимая, давая событиям развиться, до этого же собирая информацию или выжидая, может понемногу используя приобретённые знания, мягко, не выдирая события из их естественного русла, направляя течение в нужную сторону, прежде чем влезть, прерывая поток, заставляя его брызнуть в разные стороны, разделяясь, меняя курс, прежде чем появиться возможность обойти препятствие, снова сливаясь воедино.
Был риск, что Туман не справится, и поток окажется вовсе не ручейком, а глубоководной речкой с сильным подводным течением, который лишь кажется слабым и податливым. Тогда может случиться абсолютно что угодно, но и на этот счёт Мукуро не то, чтобы беспокоился, привыкнув попадать в разного рода опасные и непредсказуемые неприятности.

Попрощавшись, туманник развернулся и зашагал по коридору, в ту сторону, с которой можно было самым коротким путём добраться до лабораторий, в которых чуть ли не безвылазно обитал Верде. Предстояло "обрадовать" гениального в своём поколении учёного, и объяснить, что он, собственно, забыл и чем может помочь. Быть может, предложить несколько побочных проектов, которые могли бы заинтересовать любопытного Аркобалено, и давно уже интересовали самого итальянца.

0


Вы здесь » Katekyo Hitman Reborn: Burning Sky » Архив законченных игр » [сюжет]28 декабря 2014 года | Насыщенный день - даже утром насыщенный.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC