Гокудера Хаято
Главный администратор
Связь
Бьянки
Администратор
Связь
Элина Мейрс
Администратор-дизайнер
Связь
Кикё
Администратор
Связь
Дата создания: 20.05.2015
Название: Горящее Небо
Система игры: эпизодическая
Рейтинг игры: 18+
Мастеринг: смешанный
Навигация
Нужные персонажи

Занзас, Леви-а-Тан, Луссурия, Сасагава Рёхей, вся Семья Сфорца, вся Семья Риколетти, особый отдел ФБР.

Новости проекта
Приём неканонов ограничен, пока не наберётся 10ть канонических\акционных персонажей.
18.10.16
Вводится новое правило. Если вы не предупреждали об отсутствии (все мы можем быть заняты, все всё понимают), то в сюжетные эпизоды, посты пишутся в течении недели ( 7 дней). Если Вы не укладываетесь в означенный срок, персонально оговорим тот интервал, в который Вы сможете ответить.
Цитаты игроков
Эмель

— Вы должны понимать, что цена должна быть.. м~м.. адекватной. — «А то знаю я, аппетиты Игараси-сама.» — И, безусловно, весьма удачно то, что я прибыл в Японию в поисках информации. И уполномочен вести подобные переговоры. - Эмель снова бросил взгляд на коробочки мирно покоящуюся на столе, выдавая свою заинтересованность.

Баннеры партнёров
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Рейтинг форумов Forum-top.ru

Katekyo Hitman Reborn: Burning Sky

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Katekyo Hitman Reborn: Burning Sky » Личные моменты » [Флешбек] Домик, не болей!


[Флешбек] Домик, не болей!

Сообщений 1 страница 17 из 17

1

1. Место действия:
Дом Бьякурана

2. Время действия:
4ре года назад. Середина февраля.

3. Погода:
Для Италии - холодно. +14

4. Участники:
Бьякуран Джессо, Дейзи

5. Краткое описание:
Бьякуран заболел.

0

2

Нет ничего, подобного неописуемому ощущению своего разбитого и ослабленного состояния, сопровождаемого горячим лбом, чиханием и кашлем, с самого момента пробуждения поутру. Вставать не хотелось. Завтракать - тоже. С воспалёнными слезящимися глазами, похожий на актёра из рекламы про какой-нибудь новомодный спрей для носа, микстуру или жаропонижающие таблетки, Бьякуран весь укутался поплотнее в одеяло и снова задремал. Ему даже не хватало сил на то, чтобы позвонить Кикё, а помощь явно требовалась, поскольку обеспечивать заботой самого себя в подобном состоянии Джессо был попросту физически не способен. Но для использования мобильного требовалось добраться до стола, а это являлось подвигом, рядом с которым меркли все двенадцать геркулесовых. Не говоря о том, что ему ишлось бы произносить вслух слова, стараться выражать свою мысль, и, при этом, не напугать своим сипением и хрипами, от которых Дарт Вейдер, бедолага, повесился бы от зависти на подтяжках своего сына, напоследок, чтоб пути назад точно не было, обозвав Палпатина старым дряхлым недомерком, Облако Маре так, чтоб тот неотложную скорую вызвал боссу на дом, настояв на срочной госпитализации. В своём волнении о Небе Кикё меры иногда вовсе не знал, и чудо, что совсем уж в контрол фрика на почве своей искренней любви к Бьякурану не превратился и не приковал себя к нему наручниками, заимствованными у собрата по элементу из Вонголы, чтобы следить за каждым шагом Джессо. Брр, нет, это было бы уже слишком! От такой мысли Бьякуран нырнул под толстое покрывало с головой, точнее - просто сполз с подушки ниже, одновременно натягивая одеяло на себя. В собственноручно устроенной "норке" оказалось настолько уютно, что выбираться обратно, или, хотя бы, высовывать наружунос или руку, не захотелось. Настолько, что Джессо обернулся одеялом так, что, в итоге, закупорился со всех сторон. Лишь одна совсем-совсем узенькая щёлочка обеспечивала ему приток воздуха. И он сопел, выделяясь снаружи лишь как продолговатая выпуклость, похожий на трудолюбивого крота, выкопавшего себе траншею и затихарившегося там - как булто страшный Хранитель с лекарствами наперевес вот-вот к нему ворвётся и заставит всё выпить. С ложечки. Пичкая, покуда боссу окончательно тошно не станет, и он не отбудет в лучшие края, где никакая простуда уже не доберётся до него, а уж недо-врачеватели - тем более.

+1

3

Меряя шагами комнату, Дейзи размышлял. Сердце отдавалось лёгкой тревогой,  и Солнце не мог понять с чем это связано.
Да и в любом случае, он остался сегодня дома, не идя на работу. На работу. Это звучало так странно, но в каком-то смысле она у Дейзи была. С помощью Кикё и Бьякурана, когда ему исполнилось восемнадцать, и он окончательно решил, чем бы хотел заниматься, не считая своей роли в качестве Хранителя, в которой, откровенно говоря, от него не было пользы,  Дейзи открыл похоронное бюро, и неожиданно для себя - преуспел на этом поприще, довольно быстро развиваясь.
Подчинённые и помощник сторонились странного парня, сперва очень часто появлявшегося в "студии", как сам Дейзи называл мрачное здание, специализирующееся на кремации, захоронениях и изготовлении памятников, гробов, венков. Почти всё свободное время Венок Солнца проводил там или на кладбище, показавшемся ему уютным живописным местом, зато теперь заскакивал лишь по надобности, предпочитая не контактировать с людьми, ограничивая свой круг общения Бьякураном и остальными составляющими их Радуги.
Иногда Солнце задумывался, как многое изменилось лично для него в сравнении с его прошлой жизнью, и даже с несбывшейся будущей. Хотя и сейчас Дейзи не отличался особой адекватностью, с точки зрения обычных людей, он по крайней мере был вменяемым и всем сердцем верил в свою семью, готовый идти за Бьякураном хоть в Преисподнюю, не нуждаясь в ком-то ещё и не беспокоясь о мнении посторонних.
Сегодняшний же день определённо был посвящен для чего-то, и Солнце, верящий в судьбу, в лице всё того же беловолосого Ангела, решил, что именно с Судьбой его нужно провести.
Приняв такое решение, парень застыл как вкопанный, несколько секунд глядя в стену, а потом, не раздумывая больше, накинул куртку, и поехал по знакомому маршруту.
Передвигаться, как ни странно, Солнцу больше нравилось на метро и трамваях, хотя это и было дольше. Можно было вслушиваться в свои мысли под мерный шум и стук колёс, завесив лицо волосами и опустив взгляд в пол. То, что он привлекает внимание, парня тоже не волновало, он попросту не замечал ничего вокруг, позволяя успокаивающим звукам убаюкивать сознание, только привычно сжимая в руках зайца, чуть раскачиваясь в такт движению.
В целом, со своим ростом, необычной внешностью и манерой одеваться - он походил на подростка-неформала лет пятнадцати, так что никто не пытался его задержать, даже если заинтересованный взгляд останавливался на прислонившейся к стене фигурке.

Спустя примерно полтора часа Солнце был на месте, заканчивая пешую прогулку от остановки к дому, и не задумываясь, отпер дверь своим ключом.
Как-то Венку даже в голову не пришло позвонить, предупреждая о своём прибытии, или хотя бы не игнорировать кнопку дверного звонка.  Действия, проделанные почти что на автомате: мозг был занят своими мыслями и той самой неясной тревогой, не отвлекаясь на мелочи.  Зато попав в дом парень насторожился. Было как-то слишком тихо.
Сжав покрепче игрушку, Дейзи направился через весь дом, методично прочёсывая комнаты, не спеша подавать голос, сообщая о своём прибытии. Мало ли что. Паранойя накрепко смешалась с осторожностью и памятью о людях, считающих, что их Небо опасен, которые возомнили, что вправе контролировать его. На миг мозг прошила вспышка злости, а ладони сжались в кулаки, от чего шёлковые нити на них натянулись, больней врезаясь в кожу, тем самым немного отрезвляя. А в следующую минуту Дейзи добрался до спальни, где и обнаружил завёрнутого в одеяло беловолосого Ангела.
Сердце Солнца ёкнуло от беспокойства, хотя определить простуду не составило труда. Венок не был медиком, в прямом смысле этого слова, но упорно штудировал литературу по теме, чтобы лучше понимать куда направлять хадо в случае чего, изо всех сил стараясь принести пользу, да и не раз ему приходилось сидеть с Блю, когда та была младше и болела.
Простуда гадость - и лучше её лечить было молоком с мёдом, травяными чаями, растиранием и лимонами, добавляя совсем немного пламени, заменяя им лекарства, только вредящие почкам, и Небо уж точно не обрадуется такому методу, который, по мнению Дейзи, был самым лучшим способом.

- Бьякуран-сама... - Голос парня прозвучал тихо, даже немного обречённо, словно бы его Бог чуть ли не при смерти лежал. - Вы заболели? Простите, я обязан был почувствовать это. Позвольте мне помочь?! - Солнце опустил голову в покаянном жесте, твёрдо уверенный, что он действительно был обязан.
Парня начало слегка потряхивать от чувства вины, того гадкого состояния, вызванного простудой,  которое должно быть чувствовал Бьякуран, и которое Дейзи намеренно пропускал через себя, заставляя мозг поверить в его подлинность, стараясь разделить чувства своего Неба.
Солнце приблизился к кровати, падая перед ней на колени, беря в свои ладони руку блондина, глядя тому в глаза. Отказ от помощи он не собирался принимать, и уже через несколько минут приступит к действиям,  пока же просто зажигая кольцо, пропуская немного хадо, надеясь таким образом облегчить Ангелу неприятные ощущения, чтобы ему было легче, пока Дейзи всё подготовит.

+1

4

Заслышав доносящиеся из-за двери в комнату шаги, Бьякуран испытал желание сделаться совсем маленьким и незаметным, а ещё лучше - невидимкой, и парить под потолком кем-то вроде эдакого духа-полтергейста, щекоча непрошеных визитёров и наслаждаясь их перепуганными и сбитыми с толку физиономиями. Никаких встреч ни с кем ему совершенно не хотелось, и уж особенно - со своими Хранителями, склонными взмахивать руками и сердобольно ахать, носясь по всему дому, а, если в доме нет - то по району в поисках нужных таблеток и микстур... А, может, Джессо сглазил сам себя, и там идёт Кикё с термометром правосудия наперевес, и тяжёлым вооружением в виде кастрюли с горячим куриным бульоном? А, главное, с пуленепробиваемой укоризной... У Облака она являлась абсолютно кошмарной - заставляла ощущать такой доисторический атавизм, как угрызения совести. Пожалуй, тогда Бьякуран наплевал бы на своё телесное состояние и кувыркнулся бы в окно, на ходу раскрывая крылья. Однако... В спальню просочился бледный, печальный и серьёзный Дейзи. Бьякурану было достаточно лишь немного высунуться из своего кокона, чтобы проверить личность вошедшего, как в него тут же вцепились. Глаза Солнца Маре напоминали те, что бывают у какого-нибудь умильно поскуливающего у ног хозяина щеночка, когда умное и восприимчивое животное чует, что с ним не так, а помочь никак не может, и даже выразить сопереживание словами доброму псу не дано.
Пытаясь утешить Солнышко, Бьякуран заботливо погладил его по макушке. Он не мог видеть, как волнуется, изводя себя, его верный и преданный Хранитель. Главное - чтобы бациллы на ни в чём не повинного подростка не перепрыгнули, когда у них сезон охоты скрещивается с сезоном спаривания - они такие. Коварные и подлые негодяи, хуже китайских гастарбайтеров и алиментщиков в бегах.
- Дейзи-кун, не нужно так тревожиться обо мне, я в порядке... Апчхи! - Джессо вовремя успел уткнуться в одеяло, так что выдавший его практически с поличным и заставший врасплох - ха, вот уж подловил так подловил! - звук чихания вышел приглушённым. Хлюпнувший нос также не добавил его заверениям достоверности. Куклящаяся гусеничка, заменившая собой Небо Маре, скорчила раздосадованную и расстроенную гримасу. Сопротивляться его обмякшая тушка не хотела, а хотела лишь, чтобы ей позволили тихонько лежать себе, и вообще не шевелиться. Авось болезнь сама собой понемногу закончится... Джессо не брал в расчёт, что без питательной и хорошей еды организму неоткуда будет черпать ресурсы для борьбы с инфекцией, и та вполне может дать весьма поганые осложнения. Подобные мирские заботы обычно не интересовали и не тревожили порядком оторванное от всеобщей реальности светловолосое Небо. И поэтому-то перед любым натиском приземлённого и прозаического окружающего мира Бьякуран становился беззащитен, будто новорождённый младенец, вдобавок ко всему, ещё и вынутый из люльки. Смириться с моментами, роднящими его со всем обычным, простым, скучным, свойственным каждому нормальному человеку, Джессо всегда давалось с немалым трудом - он так старательно отделялся от них, чтобы, в итоге, понять, что он ничем не отличается, а, следовательно, ничуть не лучше любого среднестатистического - и само слово казённо серое, как перрон после того, как поезд ушёл, в студёную рань поздней осенью, когда из провожатых никого, кроме твоей одинокой и гордой, как задумавшаяся цапля, фигуры, - обывателя. И этот-то самый факт бросал Бьякурана в дрожь, вынуждая бледнеть... Или это температура поднимается, выгадав самый неудачный момент? Вот подстава... А, впрочем, чего ещё ему было ожидать? Правильную и приятную вещь, вестимо, "заразой" не назовут.
Солнце, между тем, продолжал маячить рядом, и выражение его вечно детского личика вполне сгодилось бы опытному и дорогому плакальщику на похоронах важной персоны. Джессо заставил себя через силу улыбнуться, стараясь не прищуривать больные глаза и не кривиться от негативных ощущений, вызванных изменениями в его мимике. Однако, надолго его не хватило, он утомлённо вытянулся, поёрзал немного, устраиваясь поудобнее, откинулся на подушку и смежил веки, подтянув толстое одеяло себе под самый подбородок.
- Делай что хочешь, Дейзи-кун, - едва ли не тоскливо сдался Небо и глубоко вздохнул, насколько позволял ему насморк. Состояние удручающе плачевное, и щёки Бьякурана были залиты краской смущения, если не стыда, ведь ему ужасно не импонировало выглядеть настолько жалким, измученным и слабым перед собственным же Хранителем, это как-то унизительно. Да, словно бы обожаемый кумир, идол, коему много десятилетий поклонялся и ты сам, и предки твои, рухнул с пьедестала и разбился, и оказалось, что в золотой снаружи скульптуре всё это время лежал плотно запихнутый в неё, чтоб побольше вместилось, хлам, свалявшийся и противный. Ну, не нашёл скульптор, куда эти отходы ещё деть, урны ему никогда не показывали... Однако, Джессо очень надеялся, что полыхающую физиономию Солнце тоже спишет на его плохое самочувствие, не догадавшись об истинной подоплёке.

+1

5

На лице Неба отразилась гамма недовольства, тех эмоций, которые не свидетельствуют о глубоком энтузиазме больного и желании лечиться. Бьякуран даже покраснел, от чего Дейзи решил, что у него температура поднимается. Лицо парня сделалось серьёзным и сосредоточенным, как при выполнении какой-то важной и ответственной задачи. Лишние эмоции, которые могли бы только помешать сейчас ушли на второй план, и воспринимались теперь отстранённо. В конце концов, сейчас это была какая-то простуда,  пусть и неприятное явление, которое не так уж просто свести, и одним пламенем с ней не обойдёшься, но не так страшно как ранение.
Поднявшийся с колен Солнце сейчас напоминал скорее чем-то сильно озабоченного, сосредоточенного человека, решившего со всей обстоятельностью подойти к проблеме, чем обычную свою ипостась неуверенного подростка, молча глазеющего из-за прядей травянистых волос.
- Спасибо, Бьянкуран-сама. - очень серьёзно, словно бы ему доверили величайшую драгоценность, к которой следовало отнестись бережно, что, по сути, и было правдой, отозвался парень, и положил прохладную ладошку на лоб своего Неба, прикидывая, насколько сильный у него жар.
Когда дошло до дела, Венка Маре оставили нерешительность и нелепые страхи, и он чётко знал, что и как нужно делать. И для начала нужно было сбить температуру, и приготовить питательную, но достаточно простую и лёгкую еду, дабы дать  организму силы. К сожалению, простуда это не та гадость, от которой можно избавиться одним только пламенем, с ножевым ранением, к примеру, было бы куда как проще, к тому же, Дейзи ожидал сюрпризы от Бьякурана, который, вероятно, вскоре начнёт капризничать. Непонятно, откуда пришло в голову сравнивать его поведение с Блюбелл, когда та болела, но стойкое ощущение, что всё не пройдёт гладко, не покидало.

Солнце, как заботливая мамочка, подоткнул одеяло, не желая позволять Небу мёрзнуть, и отправился на кухню, в надежде обнаружить там хоть что-то съестное, из чего можно было бы сварить бульон.  Не то, чтобы Дейзи питал особые надежды, памятуя о рационе своего Бога, состоящего, кажется, из одного зефира, и попытки оного готовить что-то более полезное, оборачивающиеся полным провалом.
Так и сейчас, в холодильнике не нашлось мясо, и мед, конечно же, отсутствовал, как и молоко. Даже прокисшее. Про лекарства  даже говорить не стоило. Только какие-то полуфабрикаты, на которые Венок Солнца лишь пофыркал негромко. Сам он мог без проблем есть что угодно,  не обращая особого внимания на вкус, довольствуясь тем, что тело насытилось, и, радуясь, что о питании можно было на какое-то время забыть, но с Бьякураном так нельзя. Нужно было постараться, иначе он так и останется голодным и больным.

- Бьякуран-сама, я могу воспользоваться телефоном? - Через несколько минут вернувшись, Дейзи уже сидел на полу около кровати и печальным взором смотрел на блондина. Уходить и оставлять его одного он не собирался, а мобильник остался где-то дома, возможно заброшенный до лучших времён за шкаф, где, почему-то, оказывался чаще всего.
Вскоре Солнце уже набирал номер курьерской службы, найденной в интернете с того же телефона, и тихим голосом, делая едва ли не минутные паузы, в процессе которых вспоминал всё, что может понадобиться, перечислял приятному женскому голосу заказ. 
Реклама обещала доставить «всё необходимое» в течение получаса, позволяя «не загружать себя лишними проблемами, и получить продукты, не вставая с дивана»: вполне устраивающий Дейзи результат. Этого времени должно хватить для поиска рецептов, и выяснения всех деталей.
- Опишите, пожалуйста, как вы себя чувствуете? И, вот это возьмите? – Непонятно откуда в руках Венка появился электронный градусник, но сейчас он лежал на видном месте подушки, и парень надеялся, что ему не придётся уговаривать Бьякурана воспользоваться чудом техники.

+1

6

Болеющее Небушко - идеальный кандидат для любых манипуляций над ним. Во всяком случае, никакого сопротивления своим действиям Дейзи не встретил, вот только голос у Бьякурана был чуть более измученный и страдальческий, причём со странной ноткой театрального трагикомизма, чем звучал бы, веди Джессо себя естественно. Даже сейчас он не мог не играть, ведя себя нарочно так, чтобы Солнышко улыбнулся, или хотя бы немного расслабился, ведь с человеком, способным подтрунивать над собственным самочувствием, попросту не может всё обстоять так уж плохо. Хотя, в случае с Бьякураном, это не срабатывало, поскольку он иногда оказывался излишне легкомысленен, недооценивал тяжесть своего состояния, и, в итоге, случалось, и на больничную койку отправлялся прямым экпрессом, под конвоем Облака. Без преувеличения, под конвоем очень обеспокоенного и страдающего едва ли не больше, чем раненый либо хворающий босс, Облака. Таков уж был Кикё, ничего не попишешь, всегда принимал недомогания и хвори обожаемого босса слишком близко к сердцу.
- О, гордость моих седых волос! Отрада старости! Дитя моё! Сын мой! Наследник моих алиментов и кредитов! - начал Бьякуран с драматически-постановочными модуляциями в голосе, - Сейчас, на пороге встречи с неизвестным, на склоне моего здравого рассудка, когда злые силы посредством чёрной магии древних египтян, научившихся ей от крокодилов из Нила, превратили мой нос в клубень перезревшего картофеля, когда у меня темнеет в глазах и кружится голова... Кхе-кхе, ааапчхи! - чихнул он на полном серьёзе, - Я должен известить тебе свою последнюю волю! - выдержав полную многозначительности паузу, Бьякуран широко усмехнулся, - Кушать хочу! - наигранно и откровенно неестественно жалобным и страдальческим тоном закончил Джессо, - И ты тоже будешь кушать вместе со мной, Дейзи-кун, это приказ твоего босса! - жизнерадостно и беспечно взмахнув рукой с кольцом в направлении Хранителя, проговорил Небо, стараясь сделать это настолько бодро и быстро, как ему позволял заложенный орган дыхания, вынуждавший речь звучать сипло и порядком искажавший слова, - Но до того, как я поем, никаких лекарств, ни таблеток, ни микстур, я принимать не буду! - капризным тоном избалованного маленького принца заявил Бьякуран. Дейзи пока ещё пичкать ничем его не начал, но он предварял предупреждением возможные дальнейшие действия Солнца.
Пока он развлекался как мог, на градуснике напиликало тридцать восемь и три. Однако, это слегка удивило его, потому что настолько плохо он себя не чувствовал, и, вообще, надеялся, что к следующему утру недомогание и слабость пройдут сами, как и насморк. Умом понимал, что так не бывает, но вечный ребёнок внутри бурно пинался, и вообще всячески возмущался и протестовал, выдавая на-гора полный ассортимент поистине шикарных эмоций, от "Я так хочу!" до "Отказываюсь признавать, что на меня тоже действуют общие для всех людей правила!". Болезни, старость и - он непроизвольно содрогнулся, - смерть. И никакие особые способности не застрахуют его от кончины в положенный час. Жуть. Логика вступала в откровенный конфликт с непоколебимой верой в свою исключительность, никакими фактами не подкреплённой, но незыблемой. Пожалуй, зря он на эту тему так неосторожно и вызывающе шутит, ведь ничего весёлого в ней нет, а простуда может дать весьма нежелательные осложнения. Было бы до анекдотичности глупо и эпично скончаться по столь будничной и прозаической причине. Погибнуть в бою - не страшно, ничуть. Страшно - сгинуть так, что никто об этом ничего и не узнает, кроме, разве что, Венков, и ещё, наверно, Тсунаёши и Юни. Хотя, Джессо не светит мирного отхода. Многие представители мира мафии наверняка в экстатический восторг придут, или, как минимум, вздохнут с облегчением, избавившись от такого дамоклового меча. Но, если бы Бьякуран не являлся всеобщей притчей во языцех... На него почти всем было бы наплевать. В конце концов, каждый день человечество кого-нибудь да недосчитывается. Сие в порядке вещей.

+1

7

Дейзи как никогда серьёзен и собран. Он и в обычные дни не особенно напоминает компанейского рубаху-парня, но сейчас его молчание преисполнено многозначительности, а в зелёных, как молодая трава, глазах плещется беспокойство. Это он бредит, или просто дурачится?  Может в словах Бьякурана есть какой-то подтекст, и Дейзи, как его Хранитель, обязан его увидеть, а не стоять столбом?
Что бы это ни было, но оно вводило парня в недоумение. Подросток с привычкой максимализировать всё вокруг, не видел ничего смешного в ситуации, готовый, если нужно, привязать босса к кровати и залечить его до состояния крайней бодрости, а потом огрести за самоуправство в качестве последствий. Или сейчас огрести, но всё равно помочь Небу.

Серьёзно кивнув, Дейзи легонько поболтал телефоном в воздухе, не рассчитав при этом, и отправив коммуникатор в непродолжительный полёт.
- Извините, Бьякуран-сама. - Парнишка краснеет, наклоняется за устройством, надеясь, что оно не повредилось от удара. - Курьер сказал, что приедет через двадцать минут. - Взгляд на часы, - через пятнадцать.

Солнце уже знал, что будет готовить, вспомнив свою бабушку. Наверное, единственного человека, который относился к нему нормально, до того, как Дейзи отправился в лечебницу для душевнобольных. Она готовила бульон на свиных костях, наваристый такой, туда уже потом добавляла немного крупы, картофель и курицу. Выходило сытно и вкусно. Она говорила, что это полезно, и варила его, если Дейзи болел.
Сейчас Венок Солнца решил повторить подвиг, а потом скормить боссу несколько пакетиков специального чая и лекарства от простуды. И лимон. Да, обязательно лимон. Весь, обильно залив его мёдом.

- Хорошо, босс. Будем есть вместе. - Взяв у Джессо градусник, и со всей возможной внимательностью отслеживая его мимику, кивнул Дейзи. - А потом вы выпьете лекарства. И ляжете спать. Я попробую ускорить их действие, хотя с простудой это так просто не работает. - Дейзи скрестил руки на груди, прикидывая, вероятность, что Бьякуран в последний момент пойдёт на попятный, решив забить. - Считайте, что на сегодня я ваш доктор, или вызову настоящего. И... И.. - Парнишка задумывается, пытаясь придумать аргумент поубедительней. - И Кикё-сану на вас нажалуюсь, вот.  - Сказал, и тут же втянул голову в плечи, как-то сжавшись, с испугом посмотрев в глаза Бьякурана. Какое он вообще имеет право говорить ему, что делать. Его Небо и сам знает, что ему нужно. Но он же наверняка пустит всё на самотёк, а допустить этого Дейзи не мог. Как Хранитель. Как друг. В конце концов, даже в соответствии с его атрибутом, здоровье босса и Венков - прямая обязанность зеленоволосого Хранителя.

Когда в дверь позвонили - Венок Солнца вскочил с места, с энтузиазмом и маниакальным блеском в глазах взявшись разводить бурную деятельность, мотаясь из кухни в комнату, словно бы, если он лишний раз не посмотрит - Бьякуран может исчезнуть или разболеться ещё больше, и стараясь не упустить момент, не давая вареву выкипеть.
Вскоре по квартире разнеслись ароматные запахи. Готовить оказалось нетрудно. Благо, Интернет изобилует пошаговыми рецептами почти чего угодно, а Дейзи как примерный ученик неукоснительно соблюдал инструкцию, памятуя о том, кому придётся есть результат его готовки. За себя не страшно. Отрава ему ничего не сделает. А вот собственноручно угробить босса не хотелось от слова совсем.
- Кажется готово, Бьякуран-сама. Пойдёте на кухню, или принести еду сюда? Вам не стало хуже? Может, вызвать доктора? - Излишнее паникёрство в той или иной степени присуще всем Венкам, когда дело касается их босса, а Дейзи, к тому же, не то чтобы очень хорошо понимал, как ему действовать.

Отредактировано Daisy (2016-07-25 20:44:04)

+1

8

Невзирая на своё плачевное состояние, Бьякуран нашёл в себе силы мягко улыбнуться и погладить вдруг испугавшегося Дейзи по щеке. Хранитель Солнца был тёплым, а его личико выглядело умилительно невинным и наивным. В нём совершенно ничего не было от того одержимого парнишки, по одному мановению пальца Джессо превращавшегося в маниакально настроенного убийцу, и больше почти ни на что в мире особенно не реагировавшего. Потрясающая и воистину завораживающая метаморфоза.
- Если ты ему хоть слово об этом скажешь – он же тут поселится вплоть до тех пор, пока я не поправлюсь, - не сказать, чтобы такая перспектива пугала, скорее, напротив, казалась приятной, однако, заставлять чудом не поседевшее до сих пор от выкрутасов своего босса Облако беспокоиться в очередной раз Бьякуран совсем не хотел, - Я буду хорошо себя вести, только, пожалуйста, не сдавай меня ему! – заговорщицким тоном пообещал он, подмигнув Дейзи правым глазом.
Хорохориться-то Небо Маре мог сколько угодно, в этом он давно и немало преуспел, но, стоило лишь Дейзи отойти на кухню, как Бьякуран зашёлся в приступе кашля. Глаза немедленно заслезились, и он поймал себя на мысли о том, что с удовольствием бы, пожалуй, заснул прямо сейчас, не дожидаясь еды и прочих оздоровительных процедур. Но ведь Солнце его так просто в покое не оставит – растолкает и с ложечки напичкает обедом, как мамочка - непослушное и буянящее чадо, разбрасывающее ложкой кашу и пачкающее стены, стол и свою же одежду в приступе протеста против невкусного блюда.
«Какие же они всё-таки у меня хорошие… Кажется, я понимаю, почему Тсунаёши-кун так заботится о своих друзьях, и столь сильно любит их… Иметь тех, кому ты настолько дорог, действительно бесценно. Они не отпустят и не дадут упасть, даже если мои крылья погаснут и сломаются... Странно, что я этого прежде не понимал,  а ведь, казалось бы, очевидно. Ну, как бы то ни было, теперь-то мы и правда настоящая семья. Я хотел бы провести с ними всю свою жизнь… С ними я не хочу больше исчезать. Не хочу снова причинять им боль...»
Так-то оно так, но разве мог Джессо поручиться, что его однажды не утянет с головой какая-нибудь тайна? И не факт, что он сможет забрать туда с собой своих Хранителей, ведь некоторые тайны чураются больших компаний, и открываются лишь редчайшим везунчикам… Разве он надёжный босс для них? Могут ли они рассчитывать на него, стоит ли ему доверять? Не самые радостные и позитивные размышления, воистину, но хворь способствует отрицательному настроению. Хотя, от того, чтобы удариться в депрессивную философию или в уныние, Бьякуран был весьма далёк даже сейчас... Ладно. Всё это пока неважно. В ближайшее время он уж стопроцентно никуда подеваться не сможет, да и не выпустят его, наивно рассчитывать, что Хранители не начнут теперь за ним круглосуточно присматривать. Если им, конечно, разрешат. А кто бы запретил, очевидно же, что он не симулирует, а, если кто захочет проверить – он им необходимые доказательства обеспечит. Конечно, если все пятеро к нему всей толпой ввалятся – ничего хорошего не выйдет, но по очереди, по одному – почему бы и нет? Как будто они его украдут! Вот положат в карман и похитят! Ага, как же. Хорошо бы, если бы можно было провернуть это столь легко, но именно тут-то их и поджидает капитальный облом! За ним слишком хорошо присматривают, чтобы не заметить даже малейшее изменение в его образе жизни.
«Честное слово, мне это надоедает… Шагу в сторону не сделать, чтобы не заработать подозрительные взгляды… Может, давно стоило инсценировать наши смерти, а самим сбежать отсюда, махнуть в другую страну, да и зажить там тихо-мирно, не связываясь ни с какой мафией, не пользуясь пламенем, вместе и счастливо?»
Нет. Ничуть он не сомневался, что такие мечты могут являться лишь несбыточными утопиями. Их быстро выследят, как бы неприметно они себя ни вели, даже если сменят внешности с именами. Да и, зная себя, Джессо отлично понимал, что занимается самообманом – не сможет он обитать на обочине событий, ничего не ведая, ни во что не вмешиваясь, притворяясь обычным, ничем не выдающимся, человеком, ни разу ни сном, ни духом не слыхавшим о пламени, о Тринисетте, о мафии в целом и Вонголе в частности. Рано или поздно непременно не выдержит, сорвётся и снова кинется в самую гущу, замешиваясь в общую кашу, давая себя знать. Такова уж его беспокойная и любопытная натура.
Ну, хватит об этом. Пока-то всё оставалось хорошо - лучше и не придумаешь. Недомогание - преходящая мелочь, присутствие Солнца Маре окупало все те небольшие неудобства, что окружали слёгшего в постель Джессо. Тепло, разливавшееся у Бьякурана в груди от заботы Дейзи, не имевшее ничего общего с банальной физиологией, и светлая щемящая нежность никуда не девались, и пока ему совершенно не хотелось никуда исчезать. Он будет умницей и паинькой.
- Спасибо, Дейзи-кун, - проникновенно и на полном серьёзе проговорил Бьякуран, и вдруг, широко и коварно улыбнувшись, сцапал Дейзи за руку и затащил его к себе на кровать. Дальше – больше, и там, где тот плюхнулся, Джессо и принялся его щекотать, весело смеясь, будто вовсе позабыв о своём плачевном состоянии, а, вернее, полностью игнорируя то. Помучив так несчастное Солнышко с минуту, Бьякуран обнял его, прижав к себе на манер мягкой игрушки, совсем как сам Дейзи тискал своего плюшевого зайца. Будет досадно, если хадо не сможет защитить Хранителя от прилипчивой заразы, конечно же, но ничего поделать с собой Бьякуран не мог, слишком уж ему хотелось делиться своими чувствами с тем, кто их непосредственно вызвал. С этим очаровательным и смешным мальчиком, столь трогательно переживающим за судьбу своего Неба, - Я ещё не разваливаюсь, как видишь, так что вполне могу дойти с тобой до кухни. И прекрати делать такую озабоченную и расстроенную физиономию, как будто я вот-вот скончаюсь, тебе это не идёт, я хочу, чтобы ты улыбался, - словно бы показывая своему Хранителю пример, Бьякуран и сам просиял до ушей, светясь, будто начищенный до блеска самовар под прямыми лучами полуденного солнца. Не может же он выказывать слабость перед ребёнком! Кстати, вот что странно - там, в несбывшемся будущем, они все считали его недосягаемым и великим, далёким, будто звезда, и таким же ярким и холодным. Быстро же Венки приняли своего босса подростком, нуждающимся в присмотре и уходе. И это, кстати, было правильно, вечно витающие в каких-то высоких материях обычно беспомощны и нелепы в банальном бытовом плане. Что хуже - так это его способность влипать в неприятности и приключения на ровном месте, едва лишь шагнув за порог дома. Хранители не считали себя вправе ограничивать свободу его перемещения, а ведь иногда стоило бы - передряги и сюрпризы, похоже, питали к Бьякурану непреодолимую страсть.

+1

9

Кажется, пронесло. Джессо не собирался ругаться, или как-то наказывать Дейзи за самоуправство, вместо этого, словно бы втягивая его в какую-то шпионскую игру, где ведут сторону подозреваемых, и им во чтобы то ни стало нужно сохранить тайну. Но, во всяком случае, Бьякуран-сама пообещал, что не будет препятствовать процессу собственного выздоровления, да и в целом, несмотря на болезненный вид - держался молодцом, вполне бодро общаясь, и пытаясь растормошить самого Дейзи.
Рука Неба горячая, что не удивительно, учитывая высокую температуру, которую, к слову, нужно сбить в ближайшее же время, а вот прикосновение ласковое, внушающее доверие, и, как по мановению волшебной палочки, убирающее страх. Дейзи прикрывает глаза на несколько мгновений, позволяя спокойствию разлиться по нервной системе.

Бегая из кухни в комнату, занимаясь готовкой, Дейзи прислушивался к звукам, каждый раз напрягаясь, слыша кашель своего босса, досадуя на бесполезное сейчас пламя. Ну вот что за глупость. Переломы, разорванные связки, раны - с этим стимуляция Солнца справляется на раз, а вот, чтобы вылечить простуду - приходится прибегать к таблеткам и микстурам, по несколько дней лежать, замотавшись в одеяла, литрами потребляя горячий чай. Или, это такое напоминание, что они всего лишь люди, и должны считаться с законами природы?
Слишком путано, и Дези только вздыхает, когда можно покончить с беготнёй, и вернуться к своему болеющему Небу.

Там Венка ждал сюрприз, и когда он, неожиданно для себя, оказался на кровати, подобно плюшевой игрушке, сцапанный свои боссом - взвизгнул от неожиданности, смеясь и дёргаясь, как-то не подумав, что при теперешнем раскладе сил ему не составит особого труда выдраться.
- Рад, что у вас хорошее настроение, Бьякуран-сама. - Тяжело дыша, поблёскивая слезинками в уголках глаз, вызванных щекоткой, и заливистым смехом, проговорил Солнце. - Тогда идёмте. У меня уже всё готово.

Первые попытки готовки вполне можно было назвать успешными. Во всяком случае, сам Дейзи не плевался, пробуя пышущее паром варево, активно вымачивая в нём хлеб, а после и вовсе утопив ломтик в тарелке.
- Извините, я очень редко готовил до этого. - Опустив глаза, зеленоволосый Венок Маре снова болтает ложкой получившуюся жижу у себя в тарелке, разглядывая плавающий мякиш, перемешавшийся с луком и овощами.
Здесь же, на столе, в полной боевой готовности лежали несколько пакетиков с жаропонижающим порошковым чаем, который нужно будет растворить в кипятке, леденцы для горла, и набор пластинок, с маленькими, наверняка горькими таблетками, обещающими "... эффективно бороться с вирусом", активно способствуя выздоровлению.  Это всё, в установленном законами логики и здравого смысла порядке и следовало выпить боссу, прежде чем он отправится спать. 
- Бьякуран-сама... Что вы такого делали, и почему не позвонили кому-то из нас? - Дейзи с грустью поднял глаза на Небо, внезапно задавшись озвученным вопросом. Они ведь для того и нужны, чтобы помогать и быть опорой для своего Неба, но вместо этого, когда с ним что-то произошло, он, может, вообще не подумал, что может вызвать их всех, или кого-то одного, и любой из Венков будет счастлив примчаться. Что это, чувство одиночества или недоверие?
Мысли явно не способствующие поддержания приятной атмосферы, и Солнце сердито встряхивает волосами, после чего недоуменно смотрит на зелёный тонкий росчерк, плавающий в тарелке. Волосинка вылавливается прямо пальцами, после чего отправляется в мусорное ведро. Дейзи не поленился встать из-за стола для этого, попутно поставив чайник кипятить воду, и подготовив чашку, деловито засыпая в неё порошочек, отдающий ароматным запахом малины.

- Вы, наверное, и так знаете, но я всё равно скажу. Вы для нас, для меня, всё, и стоит вам только сказать - как мы окажемся рядом, и сделаем всё, что нужно. Не молчите пожалуйста, если с вами что-то происходит. Это очень важно, и любой из нас будет счастлив помочь.
На губы Венка выползает лёгкая улыбка, выражение сменяется на задумчиво-мечтательное, когда воспоминания на пару мгновений уносят в то время, когда они все были вместе, и никакой Альянс не смел им указывать, что делать, или держать Бьякурана вдалеке от своих подчинённых. Может быть, не всё из тех событий закончилось хорошо, а, по большому счёту, так и вообще плачевно, но, если бы не было несбывшегося будущего, то разве было бы настоящее?

0

10

Только принявшись за еду, Бьякуран понял, до какой степени на самом деле проголодался. Организм обрадовался пище, как манне небесной, и Джессо принялся с видом человека, пребывающего от счастья на седьмом небе, уплетать за обе щеки, набивая рот так, что и полслова вымолвить не мог. Проглатывая ложку за ложкой, он улыбался и жмурился от удовольствия. Опустошив тарелку до половины, Бьякуран одобрительно и слегка удивлённо сказал:
- Дейзи-кун, да у тебя прекрасно получается! Ты в повара податься никогда не предполагал? - хотя, конечно, до профессионального уровня Венку Солнца было ещё далеко, но, как известно, терпение и труд всё, что угодно, превозмогут.
С другой стороны, Джессо в своём нынешнем состоянии был готов слопать всё, что под руку подвернётся, и не поперхнуться. Аппетит его проснулся, и живот требовал добавки. Жизнь снова начинала играть яркими и весёлыми красками, невзирая на всё ещё продолжавшуюся болезнь.
- Дейзи-кун... Как же ты сам не догадаешься о том, почему я никого не позвал... Я же до сих пор являюсь вашим боссом. Я не хочу проявлять такую слабость перед вами. Достаточно уже того, что у меня никогда не получалось вас защитить и уберечь. Из-за меня вы тоже стали изгоями. Я постоянно впутываю вас в свои проблемы, и хотел хотя бы с такой мелочью справиться сам... Чего я могу стоить, как ваше Небо, если даже это не под силу мне?
Все эти слова Бьякуран произнёс тихо и даже почти печально, сверля взором столешницу и как бы вообще ничего перед собой не видел. Не то, чтобы он впадал в уныние - так низко пасть он всё же себе не позволял, особенно перед Дейзи, однако, загрустил вполне качественно. Весьма основательно.
Хранители удерживали его на этом свете, помогали бороться с тоской и чувством вины, двигаться дальше, невзирая на все препоны, подворачивавшиеся по дороге. Ради того, чтобы они не утратили веру в него, ради их будущего, ради жизни и здоровья каждого из них Бьякуран был готов предпринять любые меры. Даже принести себя в жертву. Или пойти против всех, если кто-нибудь посягнёт на одного из этих пятерых, поднимет на них руку. Он не потерпел бы подобного. Люди, простившие ему жестокость, предательство и собственную смерть. Люди, для кого он стал светлым ангелом спасения и надежды... Бьякуран хотел быть достойным их, а не получать любовь по блату, за то, что ничего ему не стоило, зато для них оказалось всем - спасением, радостью, самой жизнью. Чудесной новой реальностью, где они не превратились в неудачников, калек и сумасшедших, а сумели отыскать своё место в огромном и бесконечно разнообразном мире. Джессо ощущал себя так, будто подал им милостыню, а они за это вынуждены расплачиваться сторицей... И намеревался это изменить. Тот ещё руководитель, да он вообще недостоин так для них называться. Бьякуран мечтал...
- ...стать вам другом, а не просто каким-то там лидером. Вот чего я хочу. Но... Разве я веду себя так, как подобает другу, Дейзи-кун? Разве вы от меня видели что-то хорошее? Я лишь подвергаю вас опасности и вынуждаю беспокоиться. В первый раз я выбрал вас и сделал так, что вы оказались у меня в долгу, чтобы согласились служить мне. Я использовал вас, а затем выбросил, будто изношенные перчатки. Теперь... Я собрал вас снова, стремясь искупить свою вину. Но... Вы были втянуты в проблемы, и я в ответе за это. Я готов вас распустить. Вас, своих Хранителей, чтобы вы научились жить без меня, тогда никто не станет преследовать вас заодно со мной. А ваши способности обеспечат вам высокие места в любой Семье. Я знаю, что вы все отказались, когда я предлагал подобное каждому из вас. Но я могу объявить это в качестве моего приказа. Последнего приказа... И вам придётся его принять. Простите. Прошу вас. Я лишь желаю, чтобы с вами всё было хорошо. А в компании со мной это так и останется невозможным.
Возможно, он поднимал слишком сложные и серьёзные темы для Дейзи, но ведь идиотом-то Солнце Маре отнюдь не был. Отклонения присутствовали, но иные. Кроме того, мнение Дейзи тоже было важным для Бьякурана, и учитывалось им. Он ведь приложил массу усилий для того, чтобы его Солнце приняли в обществе нормальных личностей, чтобы тот мог состояться как самостоятельная человеческая единица. Так что Джессо принимал его на условиях равного собеседника, и говорил с ним искренне и честно, поднимая те вопросы, что и впрямь волновали его. Дейзи ведь сказал, что хочет помочь во всём, чего бы ни пожелал его босс, и вот - Бьякуран предоставил ему такой шанс. Боль бывает не только физической - душа Неба Маре хворала ничуть не меньше. А то даже и больше. Ангел, упавший с высоты и пытающийся из последних сил вновь собрать себя, расколотого в мелкое крошево, воедино. Большинство обманывалось улыбкой Бьякурана и ненавидело его за непринуждённое и весёлое выражение лица, за то, что он продолжает вести себя, как ни в чём не бывало, словно бы никогда и не выступал в роли всеобщего худшего врага, стремящегося подчинить себе всё сущее... Они не понимали его. Совсем. И не могли понять. А ведь Бьякуран мучился жаждой научиться любить. Любить их всех, вне зависимости от того, как они к нему относились. Хотел разобраться в том, почему Савада Тсунаёши, мальчишка, сопляк, ребёнок, стал человеком, сумевшим его победить. Мощь души и сердца, привязанных к товарищам... То, что прежний Бьякуран считал смешной и дурацкой слабостью, примитивно устроенной игрой... Настал его черёд. Но он всё никак не мог понять, как же к такому подступиться, чтобы не вышло ещё хуже. Он боялся, боялся потерять своих Хранителей ещё раз. Как же тут быть? Всё только больше запутывалось. Но, однозначно, Альянс расслабился бы, и перестал бы их преследовать, окажись они разрозненными одиночками, не контактирующими между собой. Разделяй и властвуй - древний, как мир, принцип. Но, во имя своих Хранителей, Бьякуран был готов сдаться и принять очередное поражение. Только бы их оставили в покое. А его могут хоть в Вендикаре запереть, он давно готов, и примет это.

+2

11

"Ничего ты не знаешь, Джон Сноу." Если бы Дейзи когда-то слышал о сериале ИП, то поддавшись некоторой растерянности, овладевшей им во время ответа Бьякурана - наверняка бы провел именно такую ассоциацию.
Может быть с точки зрения Джессо всё звучало нормально и правильно, но для Венка Солнца это было... Странно?
Они ведь нужны для того, чтобы помогать ему, так почему Бьякуран так говорит? Конечно, он их босс, но, кроме того, они ещё и семья. Сам Бьякуран говорил, что они семья, и Дейзи верил своему Небу, а разве семья не должна помогать друг другу? Даже не так. Разве плохо желать помогать тому, кто тебе дорог?
И если уж Небо их босс, помимо всего, то оберегать его и быть ему опорой первоначальное желание хранителей.
Хранители. От слова «хранить». Оберегать и быть всегда рядом несмотря ни на что.
Все те истории, в которых они оказывались, радостные и грустные моменты, жизни и смерти, из которых, по крайне мере Дейзи, помнил лишь последнюю, и то что есть сейчас. Всё это было не зря, и что бы не происходило, Венок Солнца был счастлив находиться рядом со своим Небом, своей семьей. Помнил, что был счастлив убивать ради него, и умереть ради него, как бы страшно это ни было.
Потому всё, что сейчас говорил Бьякуран,  не звучало как что-то нормальное. А слова о том, что они могли бы оказаться где-то ещё, и вовсе пугали, и это отразилось в глазах зеленоволосого.
Эти мысли босса вызывали беспокойство. Не значит ли это, что он в них сомневается? Или это просто вина, но ведь ему не за что винить себя.
Дейзи никогда не чувствовал себя удерживаемым насильно. Служил Небу не потому, что был ему обязан рассудком. Не из чувства благодарности, а потому что хотел этого. Всем сердцем желал быть рядом и отдал бы жизнь за своего босса. И за друга. За старшего товарища, отца или брата. За свою семью.
- Бьякуран-сама. - Дейзи поднялся с места, и обойдя стол опустился на корточки, оперившись руками и касаясь коленями пола. - Если бы мне предложили уйти в другую семью или умереть - выбрал бы второе.
На личике Солнца была грустная гримаса. Он уж точно не предполагал, что ему придется объяснять такие простые истины боссу.
- Я уверен, что все остальные сделали бы такой же выбор.
Парнишка завесился волосами, неловко дернув рукой и, потеряв опору, шлепнулся на попу, нарушая весь драматизм момента, от неожиданности хихикнув и тут же заткнувшись, прижав ладонь ко рту.
- Вы не просто наш босс. Вы наш друг и семья, и мы беспокоимся. Если с вами что-то случится - никто из нас себе этого не простит. Вы же сами говорили, что мы семья, тогда не понимаю, почему вы один должен брать на себя всю ответственность и всех защищать.
Дейзи надул щёки и обхватил себя за плечи, начав легко раскачиваться. Это давало некоторое ощущение защищённости, кокона, закрывающего от трудной ситуации. Солнцу было бы куда проще, если бы ему отдали приказ идти убивать, или дворы мести, не важно. Такие сложные вещи, тонкости человеческой психики и человеческих взаимоотношений - всё это немного слишком для подростка с кучей психозов. Но что Дейзи знал наверняка, так то, что всё не зря и не просто так. Что отдаст жизнь за Бьякурана, что сделает всё что в его силах, чтобы быть полезным.
- Не отталкивайте нас пожалуйста, и не молчите если вам мы можем помочь. Это гораздо больнее, когда узнаешь что кому-то, кто для тебя всё, было плохо, и ты ничего не сделал, кроме беспокойства от понимания ситуации. - Немного подумав, выдерживая паузу, наконец выдал Дейзи пойманную мысль, поднимая голову и серьезным грустным взглядом глядя на Бьякурана.
Может, он слишком наивен для своего возраста, слишком прост и не до конца справляется с выкрутасами собственной психики, но это не значит, что он не понимает совсем ничего. Возможно именно такие, самые простые вещи он понимает даже лучше, как должна понимать их Блюбелл или другие дети, не стесняясь говорить их вслух.

Отредактировано Daisy (2016-08-14 19:37:02)

0

12

Он никак не может избавиться от давней дурной привычки тянуть всё на своих плечах и отталкивать сердобольных, словно его окружают сплошные кисейные барышни, способные рассыпаться в мелкий песочек, если передать им хотя бы малую часть этой ноши. Изменить себя гораздо сложнее, чем пару-тройку тысяч раз собрать Тринисетте, он не понаслышке имел представление о том, что с чем сравнивал. Бьякуран продолжал просыпаться по ночам с криком и в холодном поту, судорожно напоминая себе, что напугавшие его картины смерти огромного количества беззащитных людей, или заваливающихся на бок или проседающих, проминая нижние этажи, сплющивая их в плоский блин, небоскрёбов, и падающие с низким гулом обречённых охваченные огнём самолёты - дела давно минувших дней. Он напоминал себе, что это никогда не происходило - в этом времени, в этом мире, но совесть продолжала злорадно нашёптывать в уши: "Было, было! Ты это видел! Ты это сделал! Именно ты, и никто иной, сделал без колебаний, а в том, что сейчас всё обстоит иначе - вовсе не твоя заслуга! Они тебя остановили, а, если бы не это - то, что ты видишь теперь, закрывая глаза, так и осталось бы объективной реальностью! Не смей отворачиваться, не смей оправдывать себя, не смей притворяться, будто этого нет! Это - ты, это твоя история, не отрекайся от чёрных пятен, поставленных тобой!". Прошлое не отпускало, и, чем счастливее ему удавалось стать в течение дня - тем больше доставалось ночью. Дымящиеся, выжженные дочерна развалины на месте цветущих городов. Взрывающиеся мосты, и автомобили, разлетающиеся с них наподобие игрушечных машинок, примитивно устроенных и почти ничего не весящих. Стены домов, иссечённые осколками. Ютящиеся в бункерах женщины и дети, испытывающие недостаток даже в пище и питье. Обломки рухнувшего с огромной высоты гражданского лайнера. Тонущая эскадра крейсеров, подвергнувшаяся бомбёжке. Он заставлял народы Земли сражаться между собой. Он отдавал бессердечные приказы подчинённым, их руки по его вине тоже перепачкались в крови. Он научил убивать Погребальных Венков. Он вынуждал других тонуть в ненависти к нему, друг другу и самим себе.
Бьякуран по-прежнему чувствовал себя грязным. Замаранным с головы до ног. Хуже смердящего собачьего трупа, хуже отходов в канализации. Как жалко и ничтожно выглядели его попытки жить обычной жизнью или искупить причинённые беды. Он до сих пор не заслуживает даже улыбки ребёнка. Не заслуживает сохранённой свободы. Да, свободы, ибо наблюдение от Альянса и ограничение личных контактов с Хранителями - минимальные меры из всего, что он ждал от них.
Прошлое не отпускало Бьякурана, оно вцеплялось в него, как паук - в прилипшую к тенётам жирную сочную муху.
- Дейзи-кун... Я...- губы Неба против его желания задрожали, и несколько капель солёных слёз упали в остатки супа, прежде, чем он сам осознал, что происходит. Утерев глаза рукавом пижамы, в которой валялся в постели, пока болел, хотя на столе имелись куда более подходящие для этого салфетки, Джессо сделал глубокий вдох и более-менее взял себя в руки, - Всё хорошо. Извини, - он даже улыбнулся, ободряюще, с нежностью и любовью к маленькому Солнышку, так старавшемуся, ухаживая за ним, - Это, наверно, температура мне голову напекла. Обещаю исправиться. Суп вкусный. Я бы ещё его поел, но... - он скребнул ложкой по дну, - Я всё ещё голодный, Дейзи-кун! И, вообще, не сиди на полу, застудишься, да и жёстко там, - попросил он как ни в чём не бывало.
Ну, вот. Распустился. Расстроил мальчика. А, ведь, в отличие от старших Хранителей, Кикё и Закуро, Дейзи гораздо более впечатлителен. А... Ведь ему тоже вполне могли сниться дурные и тяжёлые сны. В конце концов, Солнце выступал в качестве активного участника немалого числа из тех действий.
- Ты не мог бы сегодня остаться у меня ночевать, Дейзи-кун?
Вот так. Теперь он не учитывает, что у Солнца могли иметься иные планы. Хотя, уйти от болеющего Неба подросток всё равно не смог бы. Но разве Солнце должен терпеть ущерб и отказываться от желаемого из-за того, что Джессо так глупо позволил своему телу расхвораться? От него и правда одни лишь хлопоты.
Да уж. Замкнутый круг. Гордый и самоуверенный, как обычно, Бьякуран не хотел выказывать слабость перед Хранителями, и держался до последнего, но, в итоге, всё равно следовал срыв, он терял контроль над своими переживаниями, и тогда они всё равно видели его недостатки, причём в куда худшем состоянии, чем было бы, откройся он им сразу. Бьякуран не справлялся, но признаться в этом ему слишком претило, и он делал вид, что всё в норме, до последнего, натягивая нервы до предела, издеваясь над собой. Им ведь тоже трудно. Как он может трусливо всучить им свою боль, если его самое горячее стремление - забрать себе ещё и то, что угнетает их самих? Так было бы правильно, он сделал Венков теми, кто они есть, и он в ответе за всё, что может омрачать их бытие. Лидер - это ведь сильнейший, так? Сильнейший не только по способностям, но и по силе духа. А, значит, он обязан выдержать не только свои проблемы, а всей Семьи. Как говорилось в одной хорошей книге, за авторством господина Герберта Уэллса: "Тот, кто подвергается наибольшей опасности и берёт на себя самое тяжёлое бремя, тот и есть настоящий правитель!". Те слова запали Джессо глубоко в душу, оставив на ней отпечаток. Что ж... Так оно и обстоит.

+1

13

Наблюдать за боссом в такие моменты - совершенно особый спектр впечатлений и целый кладезь информации. В том числе компроматной. Вот только Дейзи не тот человек, который стал бы использовать какие-то знания против Джессо. Более того, ему даже в голову не пришло, что так можно делать. Но вот расстроиться, ещё больше начав беспокоиться, это пожалуйста. Да и как ещё мог отреагировать Венок, заметив, что самый дорогой ему человек, его Бог находится в столь расстроенных чувствах. Или ещё хуже. Это ведь во время разговора с Солнцем, значит именно Солнце и виноват в случившемся.
- Бьякуран-сама?! - Что он хотел этим спросить Дейзи и сам не понимал. Наверное вообще всё, на что не находилось слов. Возможно, стоило сказать что-то ободряющее, как это подобало взрослому человеку, коим технически считался Дейзи, хотя бы как-то увести тему в другое русло, отвлекая своё Небо от неприятных мыслей. Впрочем, Небо с этим и сам прекрасно справился, объявив, что всё ещё голодный, и это уже проблемой не было.
Поднявшись на ноги, зеленоволосый представитель Радуги Маре подхватил миску блондина, в пару шагов оказываясь у плиты.
Вряд ли он бы заболел, но в чем-то Бьякуран был прав, и для Солнечного Венка Маре проще было себе новую руку отрастить, чем избавиться от кашля.
Вторую порцию он насыпал чуть меньше, рассчитывая так, чтобы в Бьякурана можно было всунуть ещё и молоко с мёдом, которые были не менее сытными. 
Тарелка оказалась перед боссом, а Дейзи продолжил свои приготовления, доводя белую ароматную жидкость до кипения, и щедро растворяя в ней несколько столовых ложек мёда. Джессо же любит сладкое, вот Дейзи и решил, что так ему вкуснее будет. Через пару минут горячий, ещё совсем недавно  кипящий напиток тоже стоит перед Небом Маре, а хранитель усаживается на своё место, продолжив размазывать хлеб по тарелке, превращая жижу в совсем неприятную на вид.
- Бьякуран-сама, вы же знаете, что на самом деле все будет именно так, как вы захотите. - Дейзи выдаёт некоторую альтернативу избитому "всё будет хорошо".

***

Как будто были ещё более-менее адекватные варианты. Скорее уж Бьякурану пришлось бы выпихивать своего хранителя из дома, чтобы тот оставил его в блаженном уединении.
Впрочем, то, что Небо и сам хочет его видеть рядом - обрадовало Дейзи. Даже не потому что иначе понадобилось бы придумывать повод навязать своё присутствие, или правда звонить Кикё, ведь оставлять босса одного точно нельзя. А потому, что это тоже был жест доверия.
Но, всё решилось самостоятельно, и парень улыбнулся, из-под падающей чёлки рассматривая Небо.
- Я и не собирался никуда уезжать. Буду приносить пользу! - Поддерживая шутливый тон, отзывается Венок, и подвигает к Джессо несколько кругляшков-таблеток, которые следовало запивать поставленным до этого молоком. Солнцу очень хотелось, чтобы босс лёг спать, и попытаться повоздействовать на него Пламенем. Конечно, это не ранение, но, хоть немного помочь, придать сил, чтобы организм сам начал справляться с заразой должно. Да и нет лучшего лекарства чем сон, если подумать, а до и после того стоило придумать чем занять Небо.  Для Блюбелл он мог бы почитать. Кикё или Закуро.. Вот здесь фантазия Солнца бодро заходила в тупик, как и в случае с непредсказуемым боссом.
Не рассказывать же ему про надгробия и тихие красоты кладбища, в самом деле.
- Это нужно выпить. А потом и это. - Палец со сгрызенным под корень ногтем указывает на пакетик растворимого чая, чей час придёт перед сном. - Как вы себя чувствуете сейчас?

+1

14

Небо Маре ел очень послушно, принимая всё, что Солнце ему давал. Перестать напрягаться и просто принимать заботу и уход было на удивление приятно, и Бьякуран с недоумением спросил себя, почему столь редко позволяет это другим. Как же замечательно и уютно находиться под боком у родных и знать, что они для тебя выложат всё, на что способны. Если когда-то он выручил каждого из них из беды, спас, дал возможность жить иначе, чем калеками, сумасшедшими или униженными ничтожествами - то теперь каждый из них делал ровно то же самое для него. Они теперь полностью квиты... Так кто же кому ныне босс, и кто кому должен подчиняться? В отличие от мафиозной иерархии, дружеские и, тем паче, родственные отношения основаны на взаимном доверии, расположении и привязанности. И второе нравилось Бьякурану гораздо больше, чем первое. Так и впрямь гораздо лучше. В том будущем Солнышко бы не смел изменить коленопреклонённой позы и поднять лицо без разрешения. Такой чудесный ребёнок... Бьякуран не мог воспринимать Дейзи иначе, чем большое дитя, и знал, что так оно останется навсегда. Но разве подобное так уж плохо? Ведь такое отношение значило вовсе не пренебрежение или отсутствие уважения, незначительность мнения Солнца в делах Семьи, а лишь понимание, что Дейзи требуется много внимания и ласки. Недолюбленный родителями, брошенный ими на произвол судьбы, мальчик должен был погибнуть - и не мог, он влачил растительное существование, напичканный лекарственными препаратами, существующий от апатии к истерике, и от депрессии к нервному срыву. Бьякуран знал, что спас не только тело Солнца, но и душу, и даже рассудок, ведь сейчас тот выглядел и вёл себя как странноватый и эксцентричный, но не выбивающийся из пределов нормы молодой человек. Тот парень, что сейчас находился рядом с Джессо, занимаясь по хозяйству, был по большей части именно его творением. И на сердце у Бьякурана поневоле теплело, когда он напоминал себе, что эта жизнь продолжается благодаря ему. Значит, не так уж он слаб и бесполезен, и ему определённо стоило вернуться в мир с того света. Джессо закрыл глаза и улыбнулся. Он вспоминал измученного морально и постаревшего всем своим видом, не физически - душевно, Кикё, каким он встретил Облако впервые в новом времени. Вспоминал нервного, озлобленного Закуро. Вспоминал запертую в клинике с диагнозом инвалидности Блюбелл. Ради их светлой судьбы, ради поворота этого жалкого и ужасного прозябания к лучшему стоило лишиться сердца и вызвать паранойю у CEDEF и Альянса... А ведь то, что они пропали бы, не появись он в их маленьких исковерканных реальностях, в тех обломках, что достались им в этом мире, в противовес всем остальным, не оправдывает того, что он использовал их как вещи. Мол, если они никому не нужны, если о них забыли все, кто их окружал в серой, тоскливой, скучной обыденности, то можно и не считаться с тем, что они живые, умеют мыслить, чего-то хотят, мечтают и надеются. Он им обещал новый мир, совсем другой, мир, где они не окажутся на обочине во время раздачи благ и счастья, где они займут положенный им самим предназначением, подкреплённым историей множества миров, и не сдержал своего слова... Но ведь теперь он показывает им всем, как здорово, ярко и насыщенно можно жить в мире, который уже есть, в этом, таком, каким он получился.
- Спасибо, Дейзи-кун, мне гораздо лучше! - Небо тихо рассмеялся вопросу.
Доев, Джессо тщательно вытер руки и губы салфеткой, а затем поднялся, чтобы подойти к Солнцу. Бьякуран привлёк Дейзи к себе, снова делясь теплом своего тела, благо, пища и лекарства повысили сопротивляемость организма, и ему сделалось значительно легче. Лоб Бьякурана больше не был горячим, а лицо не горело лихорадочным румянцем. Джессо с осторожной, бережной, чуткой нежностью поцеловал Хранителя в щёку.
- Ты знаешь, что я очень люблю тебя, Дейзи-кун? Ты и в самом деле моё маленькое солнышко. Спасибо, что ты рядом со мной.
Провести рукой по спутанным зелёным прядям волос. Чувствовать каждый вдох и выдох, каждый толчок сердца. Нет, тут не было ни начальства, ни подчинённого, были только два нуждающихся друг в друге человека.
Бьякуран сел на ближайший стул и усадил Дейзи к себе на колени, придерживая за плечи. Солнышко всегда выглядел для него хрупким и миниатюрным, даже взрослым, Венком Мильфиоре, тот не мог похвастаться ни ростом, ни особенно развитой мускулатурой. Не слабак, конечно, в котором непонятно, как душа держится, и которого лишь толкни - развалится, но на фоне остальных Хранителей, разве что, за исключением Блюбелл, которая, являясь девочкой, была не в счёт, Дейзи казался откровенно хлипким... Снова поцеловав его в щёку, Бьякуран прижался щекой к его щеке и доверительно-заговорщицки шепнул:
- Дейзи-кун, а тебе нравится твоя жизнь?
Он хотел знать о своём Хранителе всё, чтобы представлять себе, как и что нужно поправить, в случае чего. Бьякуран желал избавить Солнце от любых печалей и страданий. Тот достаточно натерпелся ещё в детстве. Как они могли покинуть это чудо? Дейзи был прекрасен, потому что Бьякуран отказывался видеть его как-либо по-другому. А они чуть не загубили это дитя, они душили и травили его, убивая всё доброе и хорошее, что теплилось в запертом в палате психиатрической клиники мальчике. Джессо ни разу не жалел о совершённом выборе, он дорожил, как настоящей драгоценностью, своим Хранителем Солнца. И ему стоило прийти, стоило вмешаться, стоило забрать Дейзи, как бы теперь им тяжко ни приходилось - всё равно это нельзя было даже близко сравнить с кромешным адом лечебницы. Бьякуран подверг Дейзи опасности и впутал в большие передряги - но, если бы не он, Дейзи сегодня с огромной вероятностью уже не стало бы. Или его превращение в бессмысленный неподвижный овощ с пустотой в голове и груди завершилось бы, и от Солнца осталась бы лишь телесная оболочка с минимальными показателями жизнедеятельности, единственным, что свидетельствовало бы о том, что кусок мяса ещё не труп.

+1

15

Кажется, Небу действительно становилось лучше. Во всяком случае, его больше не лихорадило да и вид стал определенно бодрее. Это не могло не радовать Солнце, ведь в первую очередь он думал о самочувствии Бьякурана, а уже потом обо всём остальном.
Удовлетворённо кивнув, Дейзи внимательно проследил, чтобы всё что было надобно - было употреблено в пищу, и расслабился. Совершенно домашняя обстановка, и Венок Солнца радовался ей, понимая, насколько скучал по своему Небу, и насколько ему больше нравится находиться рядом, а не где-то ещё как это продиктовано им всем Альянсом. Ради этого стоило жить. Ради этого Дейзи мог бы и убивать, сильно не напрягаясь по поводу, стоит лишь Бьякурану пожелать того. Те сны что он порой видел - реальные воспоминания уже нереального будущего. Они не только пугали, да и то лишь поначалу, но и будоражили, звали за собой, давая осознание что он запросто смог бы снова. Без толики сомнения или сожаления. Убил. Или, напротив, спас. Умер бы сам. Что угодно. Не потому что злой или жаждал чьей-то крови. Скорее, потому что не придавал значения мыслям этого направления. Не задумывался о них, а потому и не напрягался.

Когда Бьякуран поднимается и подходит, проявляя ласку, все эти жесты, которые обезоруживали, вкупе с остальным, давая возможность довериться. Дейзи ощущает Гармонию предводителя их Радуги, и прикрывает глаза, с наслаждением впитывая её. Стараясь прочувствовать каждой клеточкой тела, насытиться ею.
- И я тоже. Вы моя семья и я люблю вас, Бьякуран-сама. Это вам спасибо. За вообще всё. Ведь ничего бы не было если бы не вы. И нас, меня, бы тоже не было. - Слова даются просто. Ведь это просто сказать тому кто дорог и в ком не сомневаешься, что это так, и Венок Солнца не видел в этом ничего плохого или постыдного. Да и его ведь никто не пытается осуждать, что бы он хотя бы задумался об этом.

А вот когда Бьякуран усаживает Венка к себе на колени он на несколько секунд впадает в ступор, напоминая офигевшую зелёную сову со встрепанными перьями и размером с блюдца глазами. Впрочем это длится недолго. Спустя пару секунд Солнце решает, что раз жест исходит от его Бога, то всё в порядке вещей, и заморачиваться ими не стоит.
А вот над вопросом Дейзи задумался всерьёз, выпадая из реальности и являя миру выражение лица человека, находящегося в прострации.
Через пару минут тщательных раздумий парень-таки выдает ответ.

- Не могу сказать определенно. Лучше, чем было в лечебнице, но хуже, чем когда Альянс не пытался нас контролировать, как это здесь. - Дейзи касается пальцем виска, подразумевая собственные воспоминания. Он и правда бы предпочел быть на нелегальном положении но всегда рядом с боссом, но и на теперешнее положение жаловаться бы не подумал, ведь могло бы не быть и этого.
- Мне нравится, что мы семья, да. Но если вы имеете ввиду, бросил ли я бы текущий образ жизни, если нужно действовать как-то, как вам кажется нужным - бросил бы. Меня устроит все, где я могу быть вам полезным, Бьякуран-сама.

+1

16

Небо мягко улыбнулся, отчего всё его лицо озарилось внутренним светом не требующей ничего взамен ласковой любви, заботливо проводя по щеке Дейзи тыльной стороной пальцев, ощущая то неуловимо приятное и не поддающееся описанию чувство близости, когда прикосновение к коже Солнца нежит его тактильные ощущения, попутно не поддающимся логическому объяснению образом согревая всё внутри, и, в особенности, в области сердца. Не удовлетворяясь этим, Бьякуран снова целует Дейзи в лоб, едва дотрагиваясь губами.
- Как только я поправлюсь, мы с тобой сходим в парк развлечений, и я куплю тебе большую сахарную вату. Ты будешь есть её долго-долго, и весь в ней перемажешься, - Джессо усмехнулся так лукаво и весело, словно мысленно ему явилось дополнение: "И тогда я искупаю тебя в самом большом фонтане, который нам повстречается!". Вполне вероятно, что так оно и обстояло, - А ещё мы покатаемся на лодке. Я увезу тебя туда, где ты сможешь увидеть магию. Она существует, она рядом с нами, и я тебе это докажу.
Магия простых вещей. Летающих фонариков, уносящихся в сине-чёрные дали небосвода в тот период, когда вечер плавно перетекает в ночь. Магия текущей воды, зачаровывающей своей мирной плавностью, мерно катящимися складками тёмных волн. Магия уединения и воображения, когда пространство вокруг тебя переполняет атмосфера сказки. Кажется, что ты окружён незримым кисейным пологом чуда, что прочнее пуленепробиваемого металла, и с тобой никогда не произойдёт ничего дурного.
Такое вот странное, милое, не приспособленное к обыденному существованию, находящее приключения даже на пути в булочную или газетный киоск, Небо. Человек-парадокс, созданный для того, чтобы запутывать всех вокруг себя, привносить освежающие сюрпризы в их привычное бытие.
- Я бы хотел как-то прогуляться со всеми вами вместе. Тогда я бы действительно был счастлив. А то, честно говоря, уже даже подзабыл немного о тех временах, когда мы все могли спокойно встречаться, едва лишь захотим этого. Вы - моя семья, мои родные, Дейзи-кун, - Джессо серьёзно и пристально всмотрелся в глаза Солнца, словно бы пытаясь внушить ему эту мысль так глубоко, как это было только возможно, - Я не смогу без вас жить.
Да, его прежние убеждения, приоритеты и установки сменились на что-то полярное. Если прежде для сбора Тринисетте он с лёгкостью положил в могилу всех своих сторонников, как будто на костях и крови можно соорудить идеал и счастье, то теперь он отдал бы не только кольца, а и вообще всё, что угодно, для того, чтобы сберечь их. Он нуждался в этих якорях, придававшим ему смысл, указывающим направление движения, то, ради чего ему стоило продолжать стараться. Потеряв Хранителей, он утратит всё, что по-настоящему имеет. Вернётся к состоянию внутренней пустоты, отсутствия ориентиров и потребности осознавать себя, что-то искать, чего-то добиваться. Люди, от которых отказались все, или оставшиеся без опоры и уверенности в завтрашнем дне, люди ущербные, одинокие, брошенные, запутавшиеся, почти сломленные - для Бьякурана стали огоньками, ведущими в то будущее, на какое можно и хочется надеяться. Костром, согревающим и утешающим в настоящем. Их Семья - не огромная претенциозная Вонгола, но их узы оттого лишь более крепки, невозможно распылять внимание и любовь на большое количество народа, каким бы великим ты ни был, на деле близких и значимых у тебя будет лишь несколько, иначе не бывает. А со всеми остальными достаточно быть вежливым, дружелюбным, предупредительным и ответственным. Всё-таки это твои подчинённые, положившиеся именно на тебя, от тебя зависит их благополучие... Но от них никак не зависит твоя душа.
- Я не хочу больше никогда оставаться один. Вы нужны мне,ребята. Очень нужны. Мне не надо ничего, совсем ничего в этом мире, во всех мирах, без вас.
Зато, с другой стороны, в их компании он бы пошёл на всё, что угодно. Любые проказы и потрясающие затеи, они - единая, неделимая команда. Этого не могла постичь Мильфиоре, где даже напарники действовали отдельно друг от друга, и могли прикончить в спину неосторожно подставившегося союзника. Но енно поэтому Бьякуран отверг вариант с Мильфиоре навсегда, к чему бы ни привела его судьба через пять, десять или двадцать лет - всё получится в корне иначе. Связь людей, понимающих друг друга и основывающихся на взаимном уважении и доверии - всесильна.

+1

17

Бьякурану явно стало чуть получше. На столько получше, что он оживился и начал планировать, чем заняться после того, как окончательно избавится от мерзкого вируса, окупировавшего организм, и отдающегося кашлем, соплями, температурой, и прочими радостями, кои несут за собой грипп, ОРЗ и другие «милые» заболевания.
Дейзи это порадовало. Если человек настроен на выздоровление, то это уже половина дела. Плохо было бы, если бы Джессо ударился в хандру, лежал бы со скорбным видом и пророчил себе не предвещающие ничего хорошего диагнозы.
Дейзи улыбнулся и кивнул. Нарисованная картина была чудо как хороша. Уже одним тем, где они будет все вместе, и что не маловажно, со своим Небом.
- Конечно, Бьякуран-сама, так всё и будет.
Солнце, вообще-то не то, чтобы любил сладкое, он, скорее всего, вообще не заметил бы, что именно ест. Но, если уж об этом упомянули. В голове парня отчётливо отложился образ, где он есть большое сладкое облако, и обязательно этому радуется, не забыв перемазаться, залепив липкой пушистой сладостью лицо, пальцы, Блюбелл, и если получится Кикё.
Измазать же Закуро или Торикабуто не получалось даже в воображении. Торткабуто был слишком сам по себе чтобы его трогать, а от Закуро за такое можно было и по шее получить. Это даже показалось забавным, да и Бьякурану тоже наверняка бы понравилась подобная шутка.
- Всё будет хорошо, Бьякуран-сама! - Как будто бы эти слова нуждались в озвучивании.
Солнечный Венок не сомневался в таком исходе. Как не сомневался в своем Боге, своей семье, и даже в самом себе. Стоит Бьякурану пожелать, и они сбросят с себя контроль Альянса. Ведь это, по сути, так просто, даже с учётом, что они не так сильны, как были в воспоминаниях. А жить на легальном положении или нет, лично Дейзи было глубоко наплевать. Не так сильно отличалось одно от другого.
- Вы же знаете, что никто из нас не оставит вас. Проще умереть.
Слова дались легко, как нечто само собой разумеющееся. Ведь иначе просто и быть не могло. Ни Солнечный Венок, ни остальные Хранители, в этом он не сомневался, никогда и ни за что не отвернулись бы от своего Неба, и все вместе они со всем справятся. Они все снова собрались ради него. Ради друг друга тоже, но без Бьякурана этого бы не случилось. Блю так и осталась бы инвалидом, Дейзи закрыли бы в каком-то отделении для буйнопомешанных, Кикё прокисал бы на скучной работе, Закуро… Закуро, возможно, тоже бы работал, только не в офисе, а, скажем, на стройке, или стал бы бандитом, в конце концов спившись. Что было бы с Торикабуто Дейзи даже не пытался предполагать, но и он оказался подле Джессо не просто так. И сейчас они все были вместе отнюдь не от чувства благодарности, или потому что чувствовали себя обязанными. Во всяком случае не сам Дейзи. А от того, что искренне верил и любил своё Небо, привязался к остальным Хранителям, и даже представить не мог, что могло быть как-то иначе. 

Дейзи внимательно смотрит в лиловые глаза напротив, ища в них ответы на кучу незаданных вопросов, после чего выскальзывает из кокона рук, слазя с колен босса, и становясь напротив него.
- Вам нужно поспать, Бьякурн-сама. Во сне силы восстановятся. - И уже этому Дейзи хотел и мог немного помочь. Может его и воспринимали, в лучшем случае,  как подростка, из-за хрупкости телосложения, неустойчивой психики, держащейся исключительно благодаря гармонии Неба, или из-за вечно носимого с собой розового зайца. Но грош ему цена как Хранителю в целом, и Пламени Солнца в частности, если он не сможет позаботиться о болеющем боссе и вовремя отправить его спать.

0


Вы здесь » Katekyo Hitman Reborn: Burning Sky » Личные моменты » [Флешбек] Домик, не болей!


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC