Дата создания: 20.05.2015
Название: Горящее Небо
Система игры: эпизодическая
Рейтинг игры: 18+
Мастеринг: смешанный
Каждый день для вас трудятся
Aurora Hart
Mukuro RokudoElina Mears
Нужные персонажи

Занзас, Леви-а-Тан, Луссурия, Сасагава Рёхей, вся Семья Сфорца, вся Семья Риколетти, особый отдел ФБР.

25.12.2014 г. | Добро пожаловать к дяде

Эмель
— Вы должны понимать, что цена должна быть.. м~м.. адекватной. — «А то знаю я, аппетиты Игараси-сама.» — И, безусловно, весьма удачно то, что я прибыл в Японию в поисках информации. И уполномочен вести подобные переговоры. - Эмель снова бросил взгляд на коробочки мирно покоящуюся на столе, выдавая свою заинтересованность.

КАНОНИЧЕСКИЕ персонажи принимаются по упрощённому шаблону. Очень ждём Хранителей Вонголы!
18.10.16
Вводится новое правило. Если вы не предупреждали об отсутствии (все мы можем быть заняты, все всё понимают), то в сюжетные эпизоды, посты пишутся в течении недели ( 7 дней). Если Вы не укладываетесь в означенный срок, персонально оговорим тот интервал, в который Вы сможете ответить.

Katekyo Hitman Reborn: Burning Sky

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Katekyo Hitman Reborn: Burning Sky » Архив законченных игр » [Личные][Флэш] Мы ушли в открытый Космос...


[Личные][Флэш] Мы ушли в открытый Космос...

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

1. Место действия:
Палермо. Набережная.

2. Время действия:
Ранний вечер.
28 октября, 2014й.

3. Погода:
Закат солнечного дня. + 19ть градусов.

4. Участники:
Mukuro Rokudo, Tsunayoshi Sawada

5. Краткое описание:
Скука ли дело, а простого человеческого общения порой хочется каждому. Именно так иллюзионист оправдает просьбу о встрече, предпочтя не вдаваться в детали, пробудившие его любопытство и предчувствия в этот раз.

0

2

Октябрь выдался на удивление теплый: лето уже осталось далеко в прошлом, но отголоски этого времени года до сих пор не покидали Палермо, и такая погода Саваде нравилась гораздо больше любой прохладной осени. Он вообще предпочитал погоду исключительно в завершенном, как он это называл, варианте, никаких переходных стадий. Если лето – то теплое, но не жаркое. Если осень – прохладная, но не холодная, холод лучше оставить для зимы. Так было проще, легче и приятнее, в жизни Тсуны и без погодных сюрпризов было слишком много неопределенностей, слишком много серого. К таким неопределенностям точно можно было отнести необычный конверт, который молодой человек получил ближе к полудню – ни имени, ни подписи, лишь адрес и время. Кивнув сам себе, Савада спрятал конверт во внутренний карман пиджака, намереваясь вернуться к данному вопросу позднее, когда завал на работе будет чуть меньше. Осень, несомненно, красивое время года, которым лучше наслаждаться на улице, однако оно же, для большинства людей, самое стимулирующее на трудовые подвиги – после летнего отдыха, отпуска, появляются новые силы, и новые планы, новые решения и задания. Сам Тсунаёши не жил в этом ритме, но был вынужден свыкнуться с тем, что тех, кто отдавал предпочтение такому порядку – большинство, и, посему, каким бы чудесным не был октябрьский день, и, как бы красиво не было за окном, работу нужно в любом случае делать. Лишь перед самым выходом молодой человек смог пробить адрес и построить маршрут. Накинув на плечи плащ, Савада Тсунаёши отправился в путь.
Небольшое кафе, затерянное где-то в улочках Палермо, найти было не сложно – сложно было добраться туда. Много поворотов, углублявшихся в город всё больше и больше, скорее всего место было каким-то тайным кафе для гурманов, нежели аттракционом для туристов – едва ли у многих хватит терпения и усидчивости, а  уж тем более знания улиц, чтобы найти эту кафешку. Гидам такое не выгодно – за то время, пока галдящая и фотографирующая всё подряд группа туристов доберется до пункта назначения, пройдет час, а то и больше. А за это время можно посетить намного более популярные места, такие как Палаццо дей Норманни, Капелла Палатина, Куаттро Канти… Но, стоило только Саваде вдохнуть приятный запах кофе, как он тут же заключил, что любой путь в глубины города ради такого кофе, он определенно стоит потраченного времени и денег. Посетителей в кафе почти не было, разве что кто-то из местных, странная публика, что-то обсуждавшая на итальянском. Всё-таки, язык был очень красивый, и Тсуна ни разу не пожалел, что выучил его. Прибыв на место за десять минут до назначенного времени, юноша имел возможность спокойно и без спешки изучать ассортимент напитков, предлагаемых кофейней, наслаждаясь запахом свежесваренного кофе. Определившись, наконец, он направился к кассе, и, наклонившись ближе к бариста, озвучил заказ, сделал паузу, и, едва заметно улыбнувшись, добавил ещё одно наименование. Спустя пару минут в руках Дечимо были две горячих кружки с кофе, и, стараясь не расплескать ни капли драгоценного напитка, он направился к месту у окна, которое он приметил, едва переступив порог кафе. Сев в мягкое кресло, устроившись поудобнее, Тсуна расслабился, наслаждаясь атмосферой этого места. Когда сзади послышались шаги, Нео Вонгола Примо, не оборачиваясь, сказал:
- Я не знал, какой кофе ты предпочитаешь, потому взял то, что обычно беру для себя, - выдержав паузу, Савада улыбнулся, и, когда тот человек, по чьей просьбе Тсунаёши был здесь, сел напротив, добавил – Буона сера, Мукуро. Рад видеть тебя.

+1

3

Интриги - это всегда весело и интересно. Даже если это совсем маленькая интрига в виде безобидного жеста, превращающего банальное событие в маленькую тайну, на какое-то время.
Мукуро любил интриги. Любил действовать чужими руками или выкидывать неожиданные фокусы. Хотя то, что он послал приглашение встретиться Десятому Вонголе - уже само по себе событие. Но и в этом Туман не мог не выпендриться, и с утра отловил одну из девушек входящих в штат обслуживающего персонала резиденции Вонголы в Палермо, и, набросив на себя иллюзию человека среднестатистического и ничем не примечательного, вручил ей конверт с запиской, состоящей из места и времени встречи, велев отдать его Дону. Подписываться было бы совсем уж не в его стиле, но Мукуро и без того не сомневался что Савада явится. Вне зависимости от того, насколько это могло быть опасно, Нео Примо радостно идет навстречу приключениям и неприятностям. Сегодня, правда, если ему и грозили неприятности, то Рокудо к ним не имел никакого отношения.

Внутренне туманник был взбудоражен предстоящим... отпуском. Он уже сейчас нашел несколько ниточек, которые бы привели его к столь манящей цели. Искусственное пламя, эксперименты и уже не крошка и не Аркобалено Верде. Информации всё ещё слишком мало, но гораздо больше, чем ему положено знать, учитывая секретность проекта, а всё, что оставалось - одолжить у Хром Серьгу Тумана.
Но Тсунаеши итальянец позвал не для этого. Меньше всего он собирался посвящать кого-либо в свои планы, рискуя не только поставить их под удар, но и лишиться козыря условно единоличного владения информацией.
Ещё, не дай Бог, Вонголята решат, что он поднимает тему, рассчитывая на прикрытие. Это было бы уже просто смешно, и даже в шутку туманник не пожелал бы такого исхода.
Он не считал себя частью семьи, хотя речи про уничтожение мафии и произносит исключительно на публику, поддерживая сложившийся образ и занимательную традицию. Потому и логика тут была совершенно бесполезна, а если иллюзионист почувствовал бы что нуждается в помощи, то дал бы указания Кену с Чикусой.
Но вот просто поговорить, может повыяснять отношения, понаблюдать за Десятым, так ярко выбивающимся из мафиозной братии, при помощи диалога уравновесить мысли – был вполне не против. Ну, и, в конце концов, иногда стоит делать и такие вот простые вещи, чтобы не упустить полноты жизни.

Посмеиваясь про себя, итальянец весь остаток дня посвятил праздному безделью. Гулял по набережной, наблюдая за людьми и ради развлечения подбрасывая им легкие иллюзии, а за полчаса до назначенного времени отправился в кафе. Место находилось не далеко от воды, но нужно было сделать петлю и оказаться с другой стороны здания, фасадом выходящим на набережную.
Как всегда много людей. Туристы. Крики. Толкотня. Это вечерний Палермо, сравнительно теплый даже осенью.

Входя в кофейню, Мукуро чувствует как дверь отрезает его от людей и сразу же видит Саваду, сидящего к нему спиной: очевидно, пришёл раньше срока. На губах иллюзиониста появляется привычная усмешка, и он идёт к Дону Вонголе. Скрывать свою внешность не хочется, да и смысла нет: Гиперинтуиция всё ещё при этом странном для мафиози японце, посему к столику он подходит в привычном облике.
- Куфуфу. Добрый вечер, Савада Тсунаёши. - Садясь напротив, туманник приветственно кивает и тянется к чашке, не ломаясь. - Я тоже, Десятый. Спасибо, что принял моё приглашение, и за кофе тоже.
В голосе Туманника как всегда звучит лёгкая насмешка, смешавшаяся с вежливой репликой. Но он и правда вполне рад встрече, и уже предвкушает во что она может вылиться. Во что-то под знаком неизвестность, ведь Мукуро, по сути, даже не может назвать причины, по которой позвал японца.
- Правда, здесь хорошо? Спокойная зона, находящаяся почти в самом центре одного из скоплений людей. Это почти как око урагана. - Снова усмехнувшись в чашку, Мукуро делает глоток, расслабленно наблюдая за Небом Вонголы.

+1

4

- Я и не знал, что в Палермо есть такие места, - рассеянно отвечает Савада, смотря куда-то вглубь узора на молочной пенке, который нарисовал для него бариста. О данном виде искусства он слышал давно, но относил подобное к слухам, чем к подтвержденным фактам, так как на работе единственный кофе, который он пил, был обыкновенный, темный, без молока или сиропа, как сейчас. Надо сказать, что в жизни Дечимо кофе занимал отдельное, весьма важное место, но если не вдаваться в глубокие подробности, то все напитки на основе кофейных зерен можно разделить на два вида: для работы, и для вкуса. Черный, как небо в безлунную ночь, был “рабочей лошадкой” Савады Тсунаёши, от крепости которого многие приходили в ужас, имел ограниченный набор задач: дать десятому боссу Вонголы заряд бодрости, и прояснить ум, если тот был слишком расслаблен или не сосредоточен. Возможно, это было слабостью, полагаться на какой-то напиток чтобы достигнуть оптимального рабочего состояния, но сам Тсуна считал иначе, для него это было достаточно удобно, а те, кто не согласны… Когда-то люди считали подводные лодки глупостью. И, наверняка, колесо не сразу нашло своё место в жизни человека, кто-то наверняка предпочитал скот любым изобретениям. А напитки на основе эспрессо, вроде двух чашек латте маккиато на столе, такие напитки были для вкуса. Для себя, когда есть возможность и время просто насладиться вкусом, запахом… Нельзя спешить с такими напитками, нужно растягивать наслаждение, ведь каждая чашка кофе – уникальна, как произведение искусства. Крепче сжав чашку правой рукой, Дечимо сделал небольшой глоток, прикрыл глаза.
“И как я не знал про эту кофейню раньше? Какой потрясающий вкус, мягкое послевкусие, количество сиропа изумительно точно, оно не приторно, и его не мало – ровно столько, чтобы добавить в кофе едва ощутимые, но заметные нотки во вкус… Да, и почему я не удивлен, что Мукуро нашел это место раньше меня?”
Тихо выдохнув и опустив чашку на блюдце, шатен поднял голову, встретившись взглядом с Рокудо, позволив себе немного времени на оценку собеседника, будто проверяя, сильно ли он изменился, всё ли в порядке с иллюзионистом. Пускай тот говорит и считает иначе, Савада всё равно продолжал думать и относиться к туманнику как к части Семьи. Был ли он его Хранителем? Скорее да, чем нет, но разбираться в этих отношениях мужчинам никогда не приходилось: чаще всего их цели совпадали. Но Савада никогда не требовал от Мукуро быть частью семьи, не требовал всенепременно быть на связи, в штабе Вонголы или ещё где. Где-то на задворках сознания были возражения на предмет честности туманника, озвученные давным-давно его друзьями, но к таким вещам десятый босс Воголы не прислушивался. Он давно сделал выбор, решив доверять Рокудо, и от своего решения отступаться он не собирался. Конечно, он был осторожен, за эти несколько лет ему пришлось научиться быть осторожнее, принимать взвешенные решения, но его осторожность никогда не переходила дорогу его вере в людей. И, надеялся он, не перейдет.
- Спасибо тебе, что вытащил меня из кабинета в это поистине прекрасное место, - Тсунаёши тепло улыбается, кивнув в сторону стойки, за которой трудился бариста, - Мне это было необходимо, - уже тише, чтобы только собеседник мог его слышать, добавляет Савада. – Ты хотел о чем-то поговорить, Мукуро? Или ты просто захотел увидеться?
При прочих равных, вопрос был бы задан иначе, но спрашивать, не соскучился ли туманник по Вонголе, Дечимо не хотел. Слишком неправильно было, и пускай он считал Рокудо близким человеком, он не хотел переходить на фамильярность, которую сам видел в подобном вопросе.

+1

5

Мукуро наблюдает за собеседником из-за чашки, вдыхая аромат напитка и делая небольшие глотки. Кто бы мог подумать, что когда-то он собственноручно организует мирную встречу с Савадой, не устраивая цирка с захватами тел и привычного выпендрёжа, в котором обязательно нужно сообщить парню о его наивности и разочаровании, которое рано или поздно постигнет его. Ребячество, конечно. Но поддерживать репутацию в определённом ключе не только весело, но и выгодно.

- Всё для туристов. - Иллюзионист чуть улыбаться, и легко кивает головой в сторону двери. Там, за аркой, их потоки сливаются в одну реку из людей, постоянно обновляющуюся, но неизменную.
Мукуро ждёт вопросов и молчит, давая себе и Нео Вонголе время для адаптации.  То, что как минимум один очевидный вопрос будет задан подсказывают логика и здравый смысл, и они же подсказывают, что со стороны это всё выглядит так, словно бы Туману что-то понадобилось.
- Не сочти за знак расположения, куфуфу. Но, рад что тебе нравится.  - Итальянец негромко смеётся и ставит чашку на блюдце. Сложив руки домиком, мужчина укладывает на них подбородок, вполне дружелюбно, по собственным меркам, глядя на Саваду. Вопрос вызывает новый перелив куфуфукющего смеха. Не трудно догадаться о возможных мыслях японца, а если учесть долю их правдивости, это не может не забавлять.
- Иногда мне бывает грустно и одиноко, Вонгола. - В голосе скользит немного насмешки, хотя Мукуро и говорит серьёзным голосом. Даже немного драматичным. - И это стало неплохим поводом для встречи. Знаешь, пообщаться в неформальной обстановке, когда рядом нет твоих друзей, половина из который, кажется, уверена, что такой встречи ты не без последствий не переживёшь. - Мукуро негромко хмыкнул, опустив моменты, в которых он сам всё сделал для своей репутации, а ещё те, в которых его собственные питомцы, один из них, и сам вел себя не лучше, порядком веселя публику в лице иллюзиониста и Какипи.

- А если серьёзно, то второе. Не думаю, что тебя это так уж удивляет. - Рокудо откидывается на спинку кресла, усмехаясь своим мыслям. Наверняка ведь Вонгола уверен, что в глубине души Мукуро если не семья, то союзник. И не только с их точки зрения, но и с точки зрения самого иллюзиониста. Пожалуй, это было бы сильным преувеличением, но и врагами они небыли.
Вонгола интересен своими принципами и тем, что упорно долбится ими по любым закрытым воротам, применяя силу исключительно во имя, и при крайней необходимости. А если учесть среду, в которую он попал, и события, через которые ему пришлось пройти - событие вполне себе удивительное. Ведь его изначально не растили как мафиози, а вытолкнули с палубы за борт, без всякой подготовки заставив сражаться.
Их первую встречу Мукуро помнил очень хорошо. Он ожидал увидеть нечто вроде Занзаса, или избалованного мажорчика с завышенным самомнением, а увидел беспомощного ребёнка, мало на что способного без своего учителя, хотя тот и пальцем не пошевелил чтобы ему помочь. Зато каково было преображение, когда его друзьям начала угрожать реальная опасность. Стоило поставить на кон их жизни, как Савада преобразился, и умудрился "затушить" тёмную ауру Пятого Пути. Видимо, силой желания помочь друзьям. Именно после этого Мукуро по-настоящему заинтересовался японцем, хотя вряд ли согласился бы ему помогать, если бы не Емитсу.
Вот к этому человеку у иллюзиониста были свои счёты. Отчасти его манипуляции пошли на пользу, но в другом… Емитсу Савада как раз был ярким воплощением того, что Туман в мафии ненавидел и это давалось огромным диссонансом. Непохожестью двоих представителей одной фамилии.

- Куфуфу. Как тебе в Палермо, Вонгола? - Всё равно, что здесь он уже без малого десять лет. Как не крути это не родная страна, и даже люди здесь отличаются. - Должно быть у тебя дел по горло. Никакие события не вызывают беспокойства? - Пожалуй, Мукуро не подразумевал ничего конкретного. Более того, он не то, чтобы интересовался последними событиями внутри Альянса, куда больше занятый собственными делами, но вдруг.

+1

6

Савада кивнул, смотря куда-то вглубь кофе, будто сквозь бежевое марево, словно парень ненадолго задумался над словами иллюзиониста. Сложно было сказать, удивлен ли был шатен, или нет, он пытался подобрать подходящие слова, чтобы передать свои мысли правильно:
- Я… - Тсуна запнулся, будто сомневался в правильности своих мыслей, - Отчасти, я удивлен, ведь у тебя всегда рядом Кен и Чикуса. Но, другая часть меня, она не удивлена. Ты всегда держишься в стороне от остальной части семьи, - молодой человек ненадолго встретился взглядом с иллюзионистом, будто подтверждая его тезис о предрассудках друзьях шатена в отношении туманника. Даже если эти предрассудки были оправданными, Тсуна не был обязан разделять их, а попытки переубедить ребят едва ли увенчались большим успехом, скорее всё кончилось бы длинной лекцией и, на какое-то время за Савадой началась бы слежка, дабы наивный босс не угодил в западню, приготовленную коварным Мукуро Рокудо.  Одновременно и грустно, и забавно было осознавать, насколько у людей, так крепко связанных с мафией, отсутствует возможность видеть оттенки серого, предпочитая делить мир исключительно на “черное” и “белое”. И Рокудо, не попадающий под их привычное восприятие, заносился куда-то глубоко в черное, его имя обрастало всякими рассказами, лестными и не очень эпитетами. Предрассудки на предрассудках. Грустно, что Савада, как человек не выросший в мафиозной среде, мог смотреть на мир, не деля его на две части.
- Ты бы слышал, как о тебе отзываются иногда. “Иль Диаволо ин Персона” – изображая сильный итальянский акцент, сделав для эффекта округленные от ужаса глаза, произнес Тсуна, улыбаясь своему собеседнику, смеясь- Но, это их право видеть тебя так, как они хотят видеть. Или то, что ты им показываешь, Мукуро, - последнюю фразу шатен  сказал уже серьезно, не смеясь, но по-прежнему тепло, ободряюще улыбаясь. Он вежливо кивнул, будто отдавая дань уважения навыкам собеседника.
Повисла небольшая пауза, которой Дечимо воспользовался, чтобы отпить ещё немного кофе. Тепло от чашки приятно согревало руки, идеально вписываясь в атмосферу вокруг, помогая десятому боссу Вонголы расслабиться, почувствовать себя вдали от суеты, вдали от мафиозной жизни. Почувствовать себя обыкновенным молодым человеком, не мафиози, не боссом. Просто Савада Тсунаёши. Интересно, испытывал ли Мукуро потребность в подобном? При всех его чувствах к мафии, вполне оправданной ненависти к мафии, он являлся частью этого мира. Испытывал ли он что-то подобное? Нео Вонгола Примо мягко улыбнулся, надеясь, что в глубине души, не только он сам чувствовал себя так.
- Палермо… Этот город, люди, менталитет… Всё это никогда не перестанет удивлять меня… Как и я, в глубине души, не перестану скучать по Намимори. Дела… Дел было много, с тех пор как я стал боссом, - Савада устало кивнул головой куда-то в сторону, будто говоря, что в таком повороте событий нет ничего удивительного, - А насчет беспокойства, то… Поводы для беспокойства есть всегда. Я переживаю за всех и за каждого члена моей семьи. За тебя, само собой, тоже, - добавил шатен, отведя глаза в сторону, будто стесняясь сказанного и тех чувств, что были вложены в слова, - В итоге, да, какие-то события в разной степени вызывают у меня беспокойство. Жизнь босса мафиозной семьи – одно большое беспокойство, - закрыв глаза и улыбнувшись, попытался пошутить Тсуна, после чего молодой человек открыл глаза и серьезно посмотрел на иллюзиониста, - Тебя интересовало что-то конкретное? Если так, то спроси, и я постараюсь ответить, настолько, насколько смогу.

Отредактировано Tsunayoshi Sawada (2016-11-18 21:35:29)

+1

7

Как, всё же, приятно делать сюрпризы. Да и вообще делать что-то неожиданное, пусть и не очень удивительное.
Мукуро умел и любил наслаждаться ощущениями, неизменно возникающими при устраивании любого действа, в котором есть театральный подтекст. Наличие ширмы, немного грима и декораций, достойный повод и туманник будет вполне счастлив на импровизированной сцене имени себя, умудряясь при этом оставаться в тени в 60% случаев. И в любом спектакле разве может быть что-то прекрасней эффектного выхода и разоблачение настоящего кукловода?!
В этом эпизоде огромной пьесы, имя которой «Жизнь», иллюзионист чувствовал себя как рыба в воде. Его ничуть не смущала необычная компания и толика честности витающая в воздухе. Не смущал какой-то неуместный домашний уют, которому не полагалось бы царить в месте где встретились Дон Вонголы и человек неоднократно заявлявший, что уничтожит мафию и захватит тело именно этого Дона.
Всё вполне вписывалось в представления Мукуро о нормальном, и он просто получал удовольствие от хорошего кофе и общения с предполагаемым противником, считающимся союзником, и, о Боги, прямым начальством.
От таких мыслей, и ещё рассуждения Савады о репутации очень веселят.

- Куфуфу. Не буду делать вид, что мне совсем не льстят эти домыслы. Разве это не интересно?! - Негромкий куфуфукающий смех снова наполняет пространство вокруг них.

Вонгола и правда выглядит уставшим, что не удивительно. Те обязанности, для которых он не был предназначен и которые всё равно ему выпали, требовали огромной отдачи. Впрочем, Мукуро не сочувствовал, радуясь раскладу полюбившейся ему игры. Будь на месте наивного уже не школьника кто-то иной, с соответствующим воспитанием и амбициями, после производителя кто знает, как обернулись бы события. С одной стороны - не получилось бы действовать так нагло, играя на чувстве дружбы в том числе, хотя иллюзионист до последнего не мог поверить, что Тимотео настолько выжил из ума, и противник действительно сборка всяких идеалистичных догматов в хилой упаковке, тронутая на долге дружбы и при всем при этом обладающая огромным потенциалом и чистым пламенем Неба, очень вовремя простимулировпнным крошкой Аркобалено. А с другой - и тактика была бы совсем другая. Возможно не такая наглая, до последнего остающаяся действием чужих рук, а может и во всего одной незаметно полученной царапинки, позволяющей без лишнего шума захватить тело кандидата в будущие мафиозные боссы. Было бы не так интересно устраивать провокацию. Было бы проще и привычней искать наследника. Было бы. Или.
Этого уже не узнать, ведь так или иначе, но они сидят в кафе спустя двенадцать лет после означенных событий, и даже  считаются союзниками. Разве не интересный расклад? А учитывая грядущие события, в которые Мукуро собирался вляпаться по самые уши. Затронут они Вонголу, и вообще Италию - не важно. Сейчас или потом, и чем это обернётся. А если вспомнить про Верде, то выходит совсем интересно. Туманнику даже хочется дать небольшой намёк Саваде. Маленький, возможно ничего не значащий ребус, с которым ему бы пришлось поломать голову, но он конечно не станет, считая их встречу уже знамением и поводом японцу задуматься.

Рокудо негромко смеётся, складывая руки домиком на столе, и опираясь на них подбородком.
- Куфуфу. Как это мило, Вонгола. Твоя забота о друзьях и врагах всегда меня удивляла. Как и то, что даже спустя столько лет жизнь не выбила из тебя прежних идеалов.  Это даже достойно восхищения.  – В голосе мужчины сквозит немного насмешки. Он просто не мог не проехаться по данной теме и даже не соврал. - А, как насчёт гиперинтуиции? Это одно из твоих лучших качеств. Может, она что-то тебе подсказывает? - Итальянец чуть прищуривается, внимательно глядя на собеседника. Это и правда было интересно. Сами по себе, исследования, связанные с пламенем, хоть рано или поздно могут затронуть вообще всю мафиозную структуру, не представляют опасности. Напротив, это очередной шаг к прогрессу. Но если вдруг этого странного парня тревожит что-то, не связанное с текущими делами, это было бы поводом задуматься.

- Не пойми меня превратно, Вонгола. Я ни на что не намекаю. Просто пытаюсь использовать тебя в качестве гадалки-хиромантки, и поддерживаю беседу. - И снова смех. Это всё очень веселит Рокудо, и он всё больше радуется встрече, и её необычной простоте.

+1

8

- Мукуро, ты же знаешь, что даже я могу ошибиться, со всей моей Гипер-интуицией. Но, мне льстит, что в качестве гадалки-хиромантки ты избрал меня, а не какую-нибудь даму с улицы, коих полно в Палермо, - Савада кивнул, и улыбаясь, посмотрел в сторону, словно задумавшись о чем-то, изредка бросая взгляд на собеседника. Чувствовал ли Тсуна что-то? Несомненно. Но, едва ли это можно было назвать четким звуком, ясной картиной, руководством к действию. Возможно, аллюзия на гадалку была совершенно не случайной, возможно иллюзионист подозревал что-то, хотел проверить, на что способен нынешний Савада. Тест? Вероятно. Но разбираться во всем, что ему говорила Гипер-интуиция, Савада предпочитал вечерами, в тишине, спокойствии, перед камином. Слишком много звуков, слишком шумно. Больше похоже на путешествие сквозь туман, когда ты руководствуешься своими чувствами, и именно это тревожило Саваду больше всего. От него, как от Босса, слишком много зависело, и потому, каждый выбор, который он, как Босс совершал, должен быть максимально взвешен, основан на фактах. Гипер-интуиция должна быть одним из факторов, при том не самым крупным, как подсказка, не руководство к действию. В случае провала отговорка “так мне подсказала Гипер-интуиция” совсем не прокатит, даже не смотря на, казалось бы, эксклюзивный доступ Тсуны к данному методу получения информации. Возможно, сильнее полагаясь на эту способность, Вонгола была бы в лучшем состоянии, чем сейчас, но если начать принимать решения, руководствуясь не голосом разума, а исключительно интуицией, то недалеко и начать носить шапочку из фольги и получать сигналы из космоса или ещё откуда. Бросив ещё один быстрый взгляд на иллюзиониста, Савада вновь отвел взгляд. Само собой, что-то он чувствовал, но ощущения были не из приятных, словно пугающий, зловещий омен. Шумно вдохнув, шатен, наконец, заговорил:
- Мукуро, ты… Ты уверен в том, что собираешься делать? – пауза, теперь уже сам Дечимо задумался над этим вопросом. Наверняка, Рокудо решил всё для себя и в своих действиях мужчина уверен, потому переубеждать его смысла не будет. Как опасно бы не выглядело это предприятие, наверняка иллюзионист не откажется от своего участия, от этой затеи, неважно, будет ли оно безобиднее детской хлопушки и обсыплет всех конфетти, или же оно взорвется громче и мощнее любой бомбы и погребет под собой весь мафиозный мир… И, возможно не только его. Но, вряд ли туманник отступит от своей идей, как бы Тсуна его не убеждал. И не важно, что в каком-то смысле мужчина приходился Саваде подчиненным, Мукуро был слишком своевольным, и оспаривать это шатен не видел смысла. В конце концов, он не видел себя как босса-диктатора, скорее как человека, который позволяет каждому человеку преследовать свои цели, являясь частью семьи, уповая на… Да, на связь, которая всех объединяет. Едва заметно улыбнувшись, Савада закрывает глаза, кивнув сам себе:
- Конечно, ты уверен. Иначе ты не ввязывался бы ни во что. Мукуро… Поступай, как считаешь нужным в любом случае. И, главное помни, что ты не один. Ты можешь не считать нас семьей, но это не значит, что я не считаю тебя частью семьи, - слова произносятся мягко, но в то же время достаточно уверенно, будто давая понять, что этот факт не подлежит оспариванию , - И если что-то случится, обязательно дай знать. Я… Мы постараемся помочь, мы поможем. Чем сможем. Я обещаю.
Нео Вонгола Примо допивает кофе, жестом подзывает к себе официанта, и, оценивающе глядя на чашку собеседника, озвучивает заказ. Себе он просит повторить кофе. Девочка записывает всё в маленьком блокнотике, мило улыбается, и переходит ближе к иллюзионисту. Его заказ Савада не слушает, продолжая прислушиваться к тому, что ему шепчет Гипер-интуиция. Когда девочка, забрав пустые чашки, уходит к стойке, Тсуна добродушно улыбается, и, сложив руки словно в молитве, ладонь к ладони, смотрит в глаза Рокудо:
- Что скажешь, Мукуро? Я могу составить конкуренцию гадалкам, коих так много на улицах Палермо?

+1

9

- Куфуфу. Не будь занудой, Вонгола, я не жду от тебя конкретного предсказания или руководства к действию и не пытаюсь проверить насколько эта штука, которая волей судеб засела у тебя в голове вообще работает. - Мукуро смеётся привычным смехом и прикрывает глаза, приготовившись слушать.
Не трудно догадаться какие мысли возникли в голове у сидящего напротив шатена.  А зная самого себя и если предположить, что окружающие имеют о нём хоть малейшее представление, он и сам бы насторожился. Предположил бы, что собирается во что-то вляпаться, или уже вляпался, а если бы был параноиком, то и то, что это как-то связано с Вонголой. Но.
В общем, рассуждения, основанные на элементарной логике, подкреплённые репутацией обоих сидящих за столиком мужчин.
Савада и предполагает, что логично, даже пытается проявить беспокойство, пускаясь в рассуждение, но не давая интересующего итальянца ответа. Он только рассудил, что что-то затевается и иллюзионист к этому как-то будет причастен, но это и так было бы очевидно, если не думать что Мукуро просто развлекается. А ведь и у этой версии была очень большая вероятность.
Вывод: либо Нео Вонгола подозрительного такого не чувствует, либо не знает что чувствует, либо не хочет об этом распространяться. Итальянец пожимает плечами, наблюдая из-за полуприкрытых век и упавших на лицо прядей волос. Отсутствие нужного ответа - тоже ответ и из него тоже можно извлечь пользу. Вероятно, чувствуй Савада опасность, что-то определённое - не стал бы об этом молчать.
- Спасибо, Вонгола. Тронут твоей заботой, но, думаю ты и сам отлично понимаешь, что для того, чтобы обратиться за помощью вообще, и к кому-то из мафии в частности, даже если ты и твои друзья преследуете давно утраченные и погребённые во временной свалке принципы Виджелаты, мне нужно прийти к отчаянию. - Иллюзионист усмехается и склоняет голову к левому плечу. Он почти честен сейчас. На самом деле был ещё два фактора. Личная выгода - но тогда это будет уже чистой воды манипуляция, и излюбленное обустройство своих дел чужими руками. И ещё один – обстоятельства, не оставляющие иного выхода. Это может даже не касаться самого Мукуро, но затрагивать других. Факторы, при которых он сам не стал бы вмешиваться из принципа или же нежелания быть причастным, но всё равно не хотел бы дать им сбыться. Скажем, какой-нибудь геноцид. Но это уж совсем из области фантастики и почти так же маловероятно, как и то, что Туман захотел бы принять помощь и впутать в свои планы Вонголу.
- Думаю, что в очередной раз повторять о том, что и вам не стоит обманываться тем, что мы союзники, смысла нет. Единственная стоящая ниточка, связывающая меня с мафией это Хром. Но и эта девочка уже достаточно самостоятельная, что бы обходится без опеки. Хотя вы забавные, и наблюдать  за вами весьма и весьма интересно.  Ещё нет желания упростить себе жизнь и принять правила игры, перестав им сопротивляться?

Иллюзионист не прячет усмешки, хотя и не сомневается в ответе, который прозвучит. Подошедшую же официантку просит принести стакан колы с колотым льдом и чипсы, совершенно по варварски нарушая традиции кофейни. Молодая девушка морщится, но молча кивает, уходя за заказом.
Эта небольшая пауза - своего рода перерыв, возможность переварить сказанное и отсортировать мысли. Ну, и Савада прав. Сидеть с пустыми чашками куда хуже, чем, если в чашках есть что-то ещё.
- Куфуфу. Для первого раза неплохо, Вонгола. Немного не хватило мистики и драматизма, но спустя пару лет ты вполне мог бы составить достойную конкуренцию мистической братии, промышляющей нас стремлении заскучавших или отчаявшихся обывателей прикоснуться к неизвестности. Главное, поменьше используй логику и побольше прибегай к интуиции, иначе весь интерес пропадает.

Отредактировано Mukuro Rokudo (2016-11-25 23:57:51)

+1

10

Тихо выдохнув, Тсуна закрывает глава, кивает. Он выглядит почти устало, словно бремя ответственности, наконец, нагнало его, и шатен больше не пытается скрывать тяжесть этого веса. Откинув голову, молодой человек открывает глаза, глядя в потолок, слушая собеседника, но мысленно находясь в тех предостережениях, которые он услышал и почувствовал, когда обратился к Гипер-интуиции. Может, действительно нужно чаще прислушиваться к внутреннему голосу? Может, он слишком полагается на логику в мире, который часто живет за её пределами? Пытаясь принимать решения так, как их принимал бы обыкновенный человек в мире, где почти каждый может застрелить тебя из пальца, притом не фигурально выражаясь, порой начинаешь задумываться, есть ли смысл продолжать искать логику в происходящем. Пожалуй, доля истины в этой мысли есть. Откуда-то издали прозвучал ответ иллюзиониста, впрочем, нисколько не удививший Саваду. Само собой, Рокудо не станет прибегать к помощи Вонголы без весомых причин, но Дечимо и не предлагал ему помощь в тривиальных, рутинных делах. Гипер-интуиция достаточно ясно дала Нео Вонгола Примо понять, что Мукуро собирается по уши влезть в какое-то опасное предприятие, и, в том случае, если он переоценит свои силы, недооценит силы врага, или как-то иначе попадет в передрягу, из которой не сможет выбраться своими силами, Рокудо должен будет позвать Саваду на помощь. Как бы иллюзионист не ненавидел мафию, наверняка умирать ему хотелось намного меньше, чем принять помощь от людей, меньше всего олицетворяющих в мафии то, что Рокудо презирал. Поморщившись от того, насколько холодными, несвойственными ему, были эти мысли, шатен выпрямился, серьезно взглянув на собеседника. Его следующая фраза, несомненно, ожидаемая, всё равно была неприятна Тсуне, но этого он показывать не собирался.
- Мукуро,  от семьи не отворачиваются. Даже если семья отворачивается от тебя. Я повторюсь, даже если ты не считаешь себя частью моей семьи, я считаю тебя таковым. Я считаю тебя своим другом и близким человеком, - склонив голову вбок, Савада произносит это намного более серьезным, взрослым тоном, место которому не на дружеской встрече, а на деловых переговорах, когда нужно утвердить свою точку зрения и дать понять, что она не подлежит оспариванию. Возможно, Тсуна был не прав, говоря так сейчас, но он хотел дать понять иллюзионисту, что он уже не ребенок, и каждый свой выбор он делает осознанно. И если он считает Рокудо своим другом, частью своей семьи, то и этот выбор сделан им осознанно, и он не продиктован юношеским максимализмом.
- Потому, если будет действительно серьезная ситуация, не пытайся решить её один. В одиночестве нет совершенства. И я не говорю о Кене и Чикусе, - эти слова Дечимо произносит намного мягче, тише, - Пожалуйста - добавляет шатен, едва слышно, будто для себя, надеясь, что тема будет закрыта, хотя, Рокудо наверняка захочет, чтобы последнее слово осталось за ним. Ну, пускай, дальше этот вопрос сам Тсуна поднимать не собирался.
Принесенный кофе был как никогда кстати. Причудливый узор из карамельного сиропа на молочной пленке, казалось, что-то обозначал, и, в другое время, Савада бы с удовольствием принялся искать в этом скрытые знаки, но не сейчас, в настоящий момент он хотел уделить внимание своему собеседнику. Помешивая ложечкой кофе, он засмеялся, услышав лестную оценку своих способностей к предсказанию:
- Отличная идея. Заодно, прикуплю хрустальный шар, колоду карт таро, и что там ещё используют для наиболее точных прогнозов грядущего? – спрашивает шатен, устроившись в кресле поудобнее и улыбаясь.

+1

11

- Для начала достаточно и хрустального шара, - фыркает Мукуро, развеселившись, - но ты можешь и закатывая глаза трястись в припадке, прежде чем предсказать судьбу. Куфуфу. С твоим наивным лицом это будет смотреться пугающе. А внушить немного трепета в таком деле не будет лишним. И не забывай подсвечивать ладони пламенем - публика будет просто в восторге. - Иллюзионист смеется, намеренно отложив ответ на отповедь о семье и поддержке. Так он дает себе время немного подумать. Оттягивает ответ, сдерживаясь чтоб не морщиться, сохраняя беззаботный вид.
Неприятно тут было то, что Нео Вонгола кругом прав. Они действительно примчатся на помощь, в какой бы форме просьба не была озвучена. И в ином, что благоразумно осталось за кадром разговора: если вопрос не затрагивает зоны интереса туманника, даже не обязательно будет совпадать с ними, он, вероятно, ответит тем же. В глубине души Рокудо это осознает, хотя и никогда не признает даже себе. А вот почему? Из-за Хром ли. Или немой благодарности, ведь мягкосердечный босс действительно принимал и доверял, не лгал в своих словах и не искал выгоды. Такое за всю жизнь Мукуро видел лишь от тех, с кем прошел огонь, воду и медные трубы. Еще давно, когда был совсем сопливым мальчишкой, отчаянно храбрящимся перед такими же детьми, за которых взял на себя ответственность. После них он так и не поверил никому. Ни Ланчию, которого Мукуро предал и чьи близких заставил убить собственноручно, потом долго еще долго держа под контролем, аж до самого выхода Савады на сцену. Ни самому Дечимо, до сих пор упорно доказывающего Мукуро свою искренность. По крайне мере разумом и той его частью, что отвечает за параноидальную осторожность, иллюзионист просто не мог себе позволить поверить. Мукуро негласно будет за них, до тех пор, пока молодой Дон не оступится. Пока остается наивным, преследующим идею о прощении и милосердии собой. Что же будет потом - покажет лишь время.

- Я подумаю над твоими словами. - Мукуро все же отвечает. Откидывается на спинку стула, говорит максимально пренебрежительно, сверкает искрами смеха в глубине зрачков. Добавлять, что такой взгляд на жизнь рано или поздно и погубит Саваду - смысла нет. По крайней мере, не тогда когда они наедине, и в воздухе витает какое-то неуловимое ощущение доверительности, настолько же неуместное между ними, насколько и неожиданное для Мукуро.
- Но не в этот раз. Не впадай в панику без веских причин, Вонгола. За приченение добра тебе никто не скажет спасибо. - Иллюзионист озвучивает легчайший намек. Дает понять, что если Тсуне вдруг покажется что все плохо - пусть не лезет без прямой просьбы. Мукуро не знает, как долго будет отсутствовать. Не знает под чьей личной будет скрываться в погоне за знанием, и как хорошо придется держать дистанцию, в конце концов, там где он будет находиться  - сидят не идиоты. Может это будет не сложнее чем в несбывшемся прошлом, на базе Мильфиоре, кто знает. Но не хватало, чтоб Дечимо в своем альтруистичном порыве, желая только хорошего, все не испортил.

+1

12

Савада едва заметно улыбается словам иллюзиониста, воображение японца уже нарисовало комичную картину Тсунаёши – прорицателя, сидящего в каком-нибудь душном подвале маленького домишка в Палермо за столом с хрустальным шаром, с придыханием шепчущего клиентам предсказания. Продолжая улыбаться, мужчина перевёл взгляд на собеседника. Туманник тщательно подбирал слова. Возможно, для себя. Может, он не хотел давать Дечимо лишних надежд – при всей своей любви к театральности, недосказанности, лжи, такой свойственной для носителя Пламени Тумана, атмосфера сегодняшней встречи располагала к доверию, к искренности, хотя бы в какой-то части слов Мукуро. Нео Вонгола Примо не торопит собеседника с ответом, не разрушает тишину и держит лёгкую улыбку на лице. Непринуждённость, беззаботность во внешнем виде, даже когда они обсуждают такие деликатные темы, Савада невольно оглядывается назад, вспоминая всё то, через что им пришлось пройти. Десять лет назад он бы, вероятно, попробовал отстоять свою точку зрения более рьяно, громко. Ну, или просто почувствовал себя неуютно и долго искал бы слова. Но это было десять лет назад, и он уже давно не был мальчишкой, которому подобное поведение было бы позволительно.
“Я не могу заставить тебя верить мне. Но я могу дать тебе понять, что мне можно доверять. Не только словами, но и действиями. Просто смотри.”
Взгляд карих глаз встречается с разноцветными глазами иллюзиониста,
- Я верю тебе, Мукуро. Верю, что ты действительно подумаешь над моими словами. И когда придёт время совершать выбор, ты вспомнишь о Вонголе, но не только как о мафиозной организации, но и как о Семье, частью которой ты являешься. Мафия — это не только деньги, кровь, ненависть и боль, - во взгляде Тсунаёши на мгновение мелькает тень сожаления и вины – вины за те грехи, которые совершили его предшественники, к которым он прямо не причастен, но за которые он будет нести ответственность, всегда, - Да, порой кажется, что только это и есть Мафия, но это не так. Мы нашли друг друга в Мафии. Это не просто преступная организация. Это семья. И курс нынешней Вонголы отличается от того, которым шли мои предшественники, - теперь в голосе Дечимо слышны решительность, уверенность. Ненадолго за столом провисает тишина, которую нарушает едва слышная вибрация мобильного телефона Тсуны. Нео Вонгола Примо бросает взгляд на наручные часы, читая оставленное ему сообщение.
- Но, думаю, ты уже порядком устал от моих проповедей, - чуть шире улыбаясь, произносит Десятый, - Делай то, что посчитаешь нужным, - Тсуна поднимает руку, жестом подзывая к их столику официантку, - Я уже давно не паникую без веских причин. Мир, в котором мы живём, он слишком хаотичен для такого отношения.
Официанта приносит счёт, которому Вонгола уделяет ровно столько внимания, сколько эта бумажка достойна. Рассчитавшись с девушкой и не забыв оставить чаевые, мужчина поднимается из-за стола. Размяв шею и потянувшись, Савада застёгивает пиджак, поправляет галстук.
- Я не собираюсь “причинять добро”. И портить твои планы я не собираюсь. Я знаю, что то, что ты задумал – рискованно, во многом опасно. Но мы оба знаем, что если ты что-то решил, то пойдёшь до конца. Своим путём, как ты всегда и делал, - Тсуна говорит серьезно, беззаботная улыбка пропала с его губ, оставив место серьёзному и внимательному лицу, столь свойственному его гипер-режиму Предсмертной Воли, - Береги себя, Мукуро, - с этими словами Шатен протягивает руку иллюзионисту. В его голосе и взгляде ощущается тепло и спокойствие, гармония, предписываемая Небу.
“Надеюсь, это не последняя наша встреча. И что когда мы встретимся в следующий раз, мы все ещё будем союзниками. Мы ведь семья, так, Мукуро?..”

+1

13

Можно не отвечать и иллюзионист молчит, непринуждённо улыбаясь и потягивая остатки колы.
Савада Тсунаёши говорит чистую правду. То, во что истово верит сам и к чему стремятся его сердце и мысли. Спорить в таких раскладах нет никакого смысла, а кроме возражений Мукуро уже озвучил максимум, который мог. Дальше только философия и обсуждения. Очередное переливание из пустого в порожнее, где каждому настолько часто доводилось в разных формулировках высказывать свою позицию, что может едва ли не дословно предсказывать слова второго. Лучше поставить неопределённую точку молчанием, что и делает Рокудо, ограничившись едва заметным пожатием плеч. Дальше только дело, в котором им отведены свои роли и свой выбор. Его можно лишь совершить, и уже тогда смотреть, оправдаются ли громкие слова и не озвученные ожидания каждого.
Это понимает и Тсунаёши, а может у него ещё есть какие-то дела. Он зовёт официантку, просит счёт, пока Мукуро молча наблюдает за ним. Самому туманнику спешить сейчас некуда, но момент, который выбрал Дечимо для ухода, он одобряет, отдав должное его чувству времени, выработавшегося с годами. И, заодно, оценив, насколько проще общаться с ним тет-а-тет, пока рядом не маячат его питомцы, ожидающие гадость. Стоит отметить - совершенно оправданно: когда есть такая благодарная публика, просто грех не воспользоваться поводом и не выкинуть какой-нибудь фортель. Или, хотя бы, лишний раз побесить ехидными репликами, пренебрежением и полным нежеланием признавать формальный авторитет.

Когда Вонгола говорит, что не будет вмешиваться, Мукуро всё же усмехается, чуть кивает, не без иронии всматриваясь в мужчину, резко контрастирующего с тем наивным, так и не повзрослевшим ребёнком, каким называет его по привычке. Но нет, всё же, он изменился, приобретя спокойную уверенность, с которой было всё труднее не считаться. Всё больше походил на Примо, каким его помнили из обрывков рассказов и воспоминаний из Атрибутов. Сейчас это виделось гораздо яснее, чем в «рабочей» обстановке, словно бы именно кафе, без подчинённых, хранителей, обслуги и было естественной средой для молодого человека, волей судьбы и интриг своего отца, возглавившего одну из сильнейших итальянских семей. На миг Тсуна становится тем собой, который показался во время первого их сражения, но больше не враг, а союзник, как бы Мукуро не относился к этому факту.

Стакан с остатками льда отъезжает по столешнице к середине, иллюзионист кривит губы в беззлобной усмешке, смотрит, прищурив разноцветные глаза.
Пришло время уходить. Затеряться в толпе, сливаясь с нею в единый поток, и всё равно находясь немного в стороне, наблюдая и запоминая. Останавливаться в маленьких уютных кафе или в шумных пиццериях. Присоединиться к отплясывающим на площади подвыпившими туристами, пытающихся погрузится в горячий итальянский менталитет. Завести оживлённую беседу с местным старожилом, выбравшимся из дворовых лабиринтов к порту, понаблюдать за чайками. Надышаться сицилийским воздухом, остывающем после дневного пекла. Жить. Или погрузиться в одиночество.

- Ещё увидимся, Савада Тсунаёши.  - Поднимаясь, Рокудо жмёт протянутую руку, встречая взгляд Нео Примо, на несколько секунд замирая, всматриваясь в медовые глаза, ища в них отголоски мыслей Дона Вонголы. Выходит из помещения первым, наплевав на вежливость и субординацию, ещё в дверях укутывая себя иллюзией, делающей его  незримым для людей вокруг.

+1


Вы здесь » Katekyo Hitman Reborn: Burning Sky » Архив законченных игр » [Личные][Флэш] Мы ушли в открытый Космос...


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC