Гокудера Хаято
Главный администратор
Связь
Бьянки
Администратор
Связь
Элина Мейрс
Администратор-дизайнер
Связь
Кикё
Администратор
Связь
Дата создания: 20.05.2015
Название: Горящее Небо
Система игры: эпизодическая
Рейтинг игры: 18+
Мастеринг: смешанный
Навигация
Нужные персонажи

Занзас, Леви-а-Тан, Луссурия, Сасагава Рёхей, вся Семья Сфорца, вся Семья Риколетти, особый отдел ФБР.

Новости проекта
Приём неканонов ограничен, пока не наберётся 10ть канонических\акционных персонажей.
18.10.16
Вводится новое правило. Если вы не предупреждали об отсутствии (все мы можем быть заняты, все всё понимают), то в сюжетные эпизоды, посты пишутся в течении недели ( 7 дней). Если Вы не укладываетесь в означенный срок, персонально оговорим тот интервал, в который Вы сможете ответить.
Цитаты игроков
Эмель

— Вы должны понимать, что цена должна быть.. м~м.. адекватной. — «А то знаю я, аппетиты Игараси-сама.» — И, безусловно, весьма удачно то, что я прибыл в Японию в поисках информации. И уполномочен вести подобные переговоры. - Эмель снова бросил взгляд на коробочки мирно покоящуюся на столе, выдавая свою заинтересованность.

Баннеры партнёров
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Рейтинг форумов Forum-top.ru

Katekyo Hitman Reborn: Burning Sky

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Katekyo Hitman Reborn: Burning Sky » Сюжетные эпизоды » 25 декабря 2014 года | "Обмани меня!"


25 декабря 2014 года | "Обмани меня!"

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

1. Место действия:
Северная Аляска.
Исследовательский центр.

2. Время действия:
25 декабря 2014 года.
Вечер.

3. Погода:
Не имеет значения, дело происходит в помещении.

4. Участники:
Byakuran Gesso (ГМ), Mukuro Rokudo.

5. Краткое описание:
"Нет и нет, мне не до смеха,
Нет окна, и дверь размыта;
Ведь пытать меня приехал
Сам Великий Инквизитор.
Инквизитор наседает,
Подбирает инструмент;
"Ты скажи мне все, что знаешь,
Полегчает и тебе".

Он, наверное, хочет меня открыть
Как простой чемодан, он знает одно:
Даже в самом пустом из самых пустых
Есть двойное дно, есть двойное дно." ©

Бьякуран решает навестить своего пленника, осведомиться о самочувствии, не давит ли ему "клетка", не надумал ли выкинуть какой-нибудь фортель. Птичек в неволе надо время от времени проверять, иначе опомниться не успеешь, как кто-нибудь сердобольный возьмёт и выпустит их.

0

2

"Вот шахматный король,
А вот - бубновый туз,
Скажи мне, кто кого победит?
И пролитая кровь - обычное вино,
И их картонный дом не горит..." ©

Никакую игру нельзя считать полноценной, если все её участники не верят, что дело происходит взаправду. Никому такая не будет нужна - она попросту теряет всякий смысл. Зачем, если сердце не начинает чаще биться, а ты не превозмогаешь самого себя, отпущенные тебе границы возможного? Не подозревая, что являются лишь выпущенными на сцену марионетками, пустившимися в пляс лишь потому, что кукловоду приспичило позабавиться, они совершенно искренне верят, что у них течёт не томатный сок или красная краска, а настоящая кровь, что произносящий тщательно отрепетированный монолог Ромео, в парике, скрывающий всеми возможными средствами то, что он, как минимум, вдвое старше утончённого и благородного юноши из семьи Монтекки, действительно влюблён в жеманную девицу, изображающую Джульетту, а выстрел театральной аркебузы пробил не картонку, а сердце врага. Забавно наблюдать, как искренне напрягается, пытаясь разобраться, что к чему, эта смешная Вонгола, как суетятся все, поспешив записать его, Бьякурана, в злодеи и негодяи, даже не подозревая, верно, что он пока ещё всего лишь развлекается, пробуя свои силы и прикидывая, как лучше распорядиться новыми игрушками… А что прикажете делать? Можно сдохнуть с тоски и скуки, если сидеть на одном месте и смотреть на постные рожи Джиллио Неро, во главе с явно и пламенно ненавидящим его до сих пор Гаммой, и только от Юни чувствуя нечто вроде тёплой, мягкой, ласковой готовности простить абсолютно всё – чем, кстати, она одновременно и восхищала, и раздражала, потому что тем самым выдавала свою полную неприспособленность к жизни, к существованию в таком мире, как их, идеализируя тот, требуя того, что он никак не мог дать, потому что не был задуман тем безгрешным Раем, где ягнёнок может возлежать рядом со львом, как она, наверно, желала бы.
Они уже осудили его. А он ещё почти ничего им не сделал. Впрочем, подобного и следовало ожидать от столь ограниченных личностей, привыкших делить мир на чёрное и белое, позабывших, что существуют миллиарды тончайших оттенков… Но, скажите, разве не захватывает игра, в которой они составляются в ещё большее число великолепных комбинаций, достаточно лишь чуть-чуть добавить или убавить яркость, или акцент, или просто напрячь или расслабить взгляд?
Весь мир – спектакль. Как это верно сказано. Ничего, кроме игры, не имеет смысла, и, по большому счёту, даже не имеет большого значения то, кто победит… Разве что Бьякуран не любил проигрывать. Прямо-таки ненавидел. Возможно, он даже не будет их всех убивать. Просто заставит ощутить на губах ту горечь поражения, то унижение падения, когда твои крылья сгорают дотла… Юни дала ему свет, позволила ощутить себя новым человеком, но одним её светом нельзя кормиться бесконечно. Девочка, думающая, что много понимает об окружающей её реальности. Прости, милая девочка, но твои сказки кончились, кареты превратились в тыквы, и ему больше не нужны эти узы, которыми он добровольно позволил себя опутать. Это не значит, что он сразу пустится во все тяжкие. Это лишь значит, что он сам отныне станет выбирать, что, как, для чего ему делать. Бьякуран не мог позволить управлять собой никому. Даже юноше с глубоким, не по возрасту серьёзным взором карих глаз, казалось, уже тогда, столько лет тому назад, видевшему его насквозь. Даже девочке с восторжённо распахнутой навстречу добру и миру душой.
Кто они для него? Значимые в его жизни, но не подчинившие себе эту жизнь, вехи? Люди, которые вызывают у него интерес? Противники за шахматной доской? Хотя, после проигранной шахматной партии, вестимо, немногие убивают оппонента или накладывают на себя руки… Игра, затеянная Бьякураном, занимала качественно иной уровень. Но, тем не менее, являлась всего лишь игрой.
Они будут верить, что всё по-настоящему, они наизнанку вывернутся, но, в итоге, все раскланяются друг с другом и с публикой, и занавес опустится.
Сегодня камеру Мукуро Рокудо охранял Закуро. Впрочем, этого не требовалось, из абсолютно изолированной от внешнего мира, блокирующей пленника и, на физическом, и на духовном уровне комнаты сбежать без помощи снаружи невозможно. Да и, кроме того, все здесь знают, что станет с ними, если они попытаются несанкционированно связаться с пленником. Но формальности - такие формальности. Почётный караул - это красиво. Можно сказать - дань уважения этому человеку. Если Мукуро, конечно, человек... Мир был сложен и непостижим до конца, и в нём допускалось всякое, в том числе и то, что рождённый человеком мог прекратить таковым являться.
Закуро сидел перед дверью, напоминающей то ли шлюзовую, то ли от банковского сейфа, только ещё более оснащённую всяческими хитроумными устройствами, зевал и ковырял в носу. При виде Бьякурана он встал и попытался вытянуться по струнке, но выглядело это так же неумело, как попытка подростка спрятать сигарету, тайком раскуренную в школьном туалете, от строгого учителя. Небрежно заставив Динозавра посторониться одним небрежным жестом, Бьякуран… Вопреки законам логики и природы, просто прошёл сквозь все затворы, настроенные на пропуск только его одного.
- Доброго вечера, Мукуро-кун, - с самой любезной улыбкой заговорил он в чёрной пустоте и абсолютной тишине, этими словами заодно информируя оторванного от нормального времени и пространства Хранителя Тумана Вонголы о времени суток снаружи, - Как ты себя чувствуешь? – он говорил дружелюбно, и, в принципе, был настроен достаточно миролюбиво. Бьякуран запер сюда Мукуро лишь для того, чтобы тот никак не связался с Вонголой там, снаружи, а не потому, что питал к нему какие бы то ни было отрицательные эмоции. Нет-нет, напротив, тот казался ему весьма интересным и даже в некоторой степени приятным собеседником. На него стоило потратить своё драгоценное время. Не способные ни уколоть, ни огрызнуться, ни возразить, ни предложить что-то любопытное овечки набили у Бьякурана бесконечную оскомину.

[NIC]Byakuran Gesso[/NIC]
[STA]Танец Злобного Гения[/STA]
[AVA]http://s7.uploads.ru/t/Y0Uc6.png[/AVA]

+1

3

И снова темнота, путы, сковывающие руки и ноги, лишающие возможности нормально двигаться. Кто бы мог подумать, что десятилетний кошмар, собственноручно превращенный в долгий, с редкими пробуждениями сон, повторится, заставив заново пережить заточение. Иногда ему даже нравилось находиться в резервуаре с водой, вдали от мира людей, столь же отвратительного как и притягательного, но не бороться, не плести сетей даже оттуда - означало бы сдаться, а этого Рокудо позволить себе не мог. Он и так слишком часто проигрывал миру, ещё с самого детства, оттого и зарекся позволять себе такую роскошь впредь, пообещав себе, что отомстит.  И этот раз не исключение.
Столько убитых дней на поиски, ложные следы, клубки запутанных нитей, которые трепетно и осторожно, чтобы ни в коем случае не порвать, вытаскиваешь и раскладываешь перед собой, делаешь небольшие шаги один за другим, и наконец-то добираешься до цели, чтобы быть застигнутым врасплох, и так бездарно проиграть. Унизительно. Удары по самолюбию, особенно такие наглядные - это всегда больно, и больше всего на свете Рокудо хочет сейчас размазать своего врага по стене, заставив захлёбываться в крови.  Так глупо и бездарно попасться мог только полный идиот, которым иллюзионист себя и ощущал сейчас. Не привык туманник, чтобы его тыкали носом в собственные недосмотры, и тем больше распалялся, желая стереть ухмылку с бледного лица. Но тем больше и возрастал интерес, ведь, без ложной скромности, иллюзионист не тот, кого можно вот так легко победить, и стоит Бьякурану допустить ошибку, как их противостояние перейдёт на новую ступеньку, позволив в который раз бросить вызов себе и всему миру, доказывая, что ты выше чем просто слабый человек.
Но, хоть что-то он узнал, а конкретно, что за заинтересовавшей загадкой стоит никто иной как Джессо, как и предполагалось, не обернувший свой снежно-белый лик на "сторону добра" сплетая новый клубок интриг.
О да, Рокудо понимал этого непоседливого мужчину как никто другой, даже уважал его, желая перехватить инициативу, и пока наивные, следующие своим выдуманным идеалам, тешащие себя иллюзией правильности собственных действий, так и не выросшие детишки сражались бы с подчинёнными белобрысого экспериментатора - вступить в игру, и победить, раздобыв на память пару неплохих сувениров, и попутно отыграться за сразу два поражения. Но, что в итоге. В итоге, он проигрывает так и не начав бой, совершенно глупо попавшись, и теперь находится, спелёнатый по рукам и ногам, в месте, до боли напоминающем ненавистную камеру тюрьмы Виндиче, и единственное развлечение - молча беситься и придумывать бесполезные планы побега и расправы над врагом.
К сожалению, ничего годного на ум не приходило. Камера полностью экранирована, и из неё не пробиться на ментальном ровне, не использовать Туман, и остаётся только ждать, вслушиваясь в мертвенную тишину, нарушаемую только собственным хрипловатым дыханием.
Глаза привыкли к темноте, и можно разглядеть, что вокруг ничего нет. Довольно интересное место, чем-то похожее на его иллюзии. Здесь не будут работать законы физики, полное экранирование от внешнего мира, даже подавление способностей внутри самой комнаты, и столь же сводящая с ума, если находиться в одиночестве слишком долго. Великолепная работа, заслуживающая похвалы. Тем же Виндиче стоит поучиться у мастера, если они хотят удержать своих пленников в застенке. 
Впрочем, ждать следующего хода долго не приходится. По подсчётам иллюзионист, он здесь не так уже давно, и первый, и вероятно, единственный посетитель не преминул заскочить в гости. Рокудо ждал этого, желая увидеть человека, который в своё время сумел его победить, хотя так и не сумев убить, прикончив медиума, и теперь поймавшего его на столь глупом промахе, и поймавшего его теперь.
- Куфуфу. - Тихий смех наполняет камеру, отрешечиваясь от стен, и возвращаясь к сознанию пленника. Всё же, полная изоляция довольно забавно действует на мозг, и понадобится какое-то время, чтобы привыкнуть  к посторонним звукам. - Давно не виделись, Бьякуран. Рад встрече. - Насмешливо отозвался туманник, предвкушающе улыбаясь, словно бы это не он сейчас был на месте пленника.  - Непривычно.  Довольно забавное место, стоит отметить. - Очередная усмешка, и пристальный взгляд из-под полуопущенных век. Белый как снежинка мужчина - как светящийся фонарь в тёмной комнате. - Признаться, я довольно глупо попался, но, если уж так вышло, может поделишься планами?! - Очередной перелив тихого фирменного смеха. Кажется, пленник чувствует себя так, будто он позвал своего тюремщика в гости. Но это шанс, последний или нет, совсем небольшой, но шанс получить несколько новых ниточек, которые позволят выбраться из камеры, и действовать в полную силу.

+1

4

Мукуро Рокудо, злящийся, будто подросток пубертатного возраста, вызывал прямо-таки умиление. Бьякуран даже рассмеялся - заливисто, от всей души, и даже не ставя себе целью задеть туманника, ему действительно было очень весело. Такая прелесть, как же иначе!
- Конечно-конечно, как же не уважить такого редкого и дорогого гостя! - тот самый удивительный, присущий ему одному тон, в котором толика истины, преподнесённой под парадоксальным углом, густо смешивается с иронией над всем и вся вокруг, - Я бы с удовольствием предоставил тебе более комфортабельные условия, но ведь ты же, как человек очень занятой, сразу же лишишь нас своего прекрасного общества, не так ли, Мукуро-кун? - и, на сей раз, Бьякуран даже не солгал. Ему очень импонировал этот иллюзионист, причём ещё аж с тех самых пор, как существовала Семья Мильфиоре. В самом деле, никакого сравнения с Генкиши, бедным Генкиши, так преданно следовавшим за ним до самого конца, и даже с Торикабуто. Но Бьякуран был слишком умён, дабы не понимать - Мукуро никогда не согласится ходить под его началом, они не уживутся, и даже схожие интересы в данном случае будут точкой разногласий, а не соприкосновения. Мукуро не нужна помощь с уничтожением мафии, он ведь считает, что справится сам, когда посчитает нужным, и действовать станет по собственным задумкам, а не по чужой указке.
Именно поэтому они превзошли себя в способах перестраховки, обеспечивающих изоляцию Хранителя Тумана Вонголы. Именно поэтому, если судьба будет к ним на сей раз благосклонна - Мукуро никогда отсюда не выйдет. Бьякуран не являлся настолько самонадеянным, чтобы думать, будто тип, сумевший вырваться из Вендикаре, смирится со своим положением, или что наивный, несмотря на свои двадцать пять лет, мальчик Савада, со товарищи, не сунет нос сюда в попытках спасти своего врага - человека, даже не скрывающего свои эгоистичные и самонадеянные планы. Но лично сам Бьякуран собирался осуществить всё возможное, дабы Мукуро вырвался отсюда как можно позже. Но убивать не станет. Если такие понятия применимы между ними - Рокудо ему и впрямь очень и очень нравился, но, даже если в принципе отбросить эмоции как таковые - уничтожать столь уникальный и бесценный объект попросту нерационально. И потом, планы и настроение Джессо менялись столь быстро и легко - он мог продержать Мукуро тут годы, а мог выпустить хоть завтра, просто так, взять и выпустить, если его осенит лучшая идея.
- С чего бы мне начать, Мукуро-кун? - одним беззвучным и неуловимым глазом движением очутившись совсем-совсем вплотную к этому забавному иллюзионисту, так похожему в самом главном на Дечимо и остальных Хранителей, и столь по-детски упрямо это отрицающему, Бьякуран почти ласково провёл кончиками пальцев по его левой щеке, и тут же вновь отпрянул, сияя самой обаятельной из своих улыбок. В пространстве, где не было практически ничего, кроме них двоих, весь этот разговор со стороны, вероятно, выглядел бы сюрреалистично и абсурдно. Хорошо, что подсмотреть за ними снаружи было невозможно, да никто и не рискнул бы, - Видишь ли, я планирую немного поиграть с этим миром. И, в первую очередь, с Вонголой. Мне интересно наблюдать за ними, они так непосредственны во всём... Тебе ведь тоже, верно? - в стремлении разнообразить скуку и однообразие Мукуро вполне был способен понять его. Как, всё-таки, жаль, что двоим людям с такими амбициями на одном свете не место... Но и ломать, пытаясь подавить личность и подчинить себе, этого иллюзиониста, тем обезопасив себя от любых фокусов с его стороны, Бьякуран, тем не менее, не спешил. Зачем? Где он ещё такого встретит? Более того, он бы счёл весьма оригинальным и интригующим ходом успешный побег туманника Вонголы. Было бы столь любопытно понаблюдать, что же тот предпримет на воле... Сразу свяжется с этими ребятами? Начнёт свою игру? Больше карт на руках, больше фигур на доске, да, ради этого стоило всё затевать! Подумать только, и как раньше не сообразил! Это ведь меняет если не всё, то очень многое... Во всяком случае, на этот год.
Чуть склонив голову набок, Бьякуран задумчиво изучает своего оппонента. А, может быть...? Да, об этом стоит подумать. От новой идеи перехватывает дух, и Бьякуран, не сдерживаясь, хлопает в ладоши, как малыш, нашедший под ёлкой именно такой подарок, о котором мечтал весь год. Кстати! Скоро ведь праздник! Почему бы не побаловать себя?
- Мукуро-кун, я должен сказать тебе спасибо! Только что ко мне пришла одна очень хорошая мысль, и всё - благодаря тому, что мы сегодня встретились! Ты, определённо, приносишь мне вдохновение! Тебе понравится, вот увидишь! - продолжая сиять ярче любой праздничной гирлянды, Бьякуран сыпал словами, торопясь выразить свои чувства. Даже восторгался он как мальчишка, ещё не научившийся владеть собой. Вот только, тот, кто принял бы за такового Бьякурана, был бы жестоко наказан за подобную ошибку. Даже эта сценка была тщательно рассчитана.
Мальчишка... Да уж. Как же. Из тех, кто отрезает хвосты собакам и отрывает крылья бабочкам безо всякой злости и вообще без негатива, исключительно ради того, чтобы взглянуть, что с ними станет. Разве что его опыты над окружающей реальностью - всеми реальностями, - стояли значительно выше по уровню, мало чем различаясь по содержанию. Кто же из них настоящий? Когда он искренен, а когда - притворяется? Тот, кто убеждал всех, включая собственных Хранителей, в том, что изменился, или этот, столь напоминающий себя прежнего?

[NIC]Byakuran Gesso[/NIC]
[STA]Танец Злобного Гения[/STA]
[AVA]http://s7.uploads.ru/t/Y0Uc6.png[/AVA]

Отредактировано Trinicette (2015-08-06 04:41:14)

+1

5

По камере разносится смех собеседника, и ещё не полностью восстановившему восприятие туманнику хочется потереть ушную раковину, дабы избавиться от щекочущих отголосков, напоминающих бег муравьиных лапок по барабанным перепонкам, впрочем, связанные руки, уже достаточно занемевшие от неподвижности, чтобы лишний раз ими не шевелить, чтобы не вызывать неприятных ощущений, не позволяют осуществить такое простое действие.
- Что поделать. Не могу прохлаждаться, и сидеть без дела, - с наигранной весёлостью отзывается «гость», растягивая губы в плотоядной усмешке, и представляя, как грудь засранца разрывается, окрашивая пространство алым цветком кровяных брызг. Красивое зрелище, достаточно эстетическое, если вовремя затормозить воображение. Впрочем, своих желаний иллюзионист никак не выдаёт, следуя привычной линии поведения. Не хватало ещё и этим доставить радость врагу. Или, скорее, сопернику. Наверное, по-настоящему своим врагом Рокудо мало кого считал, или вообще никого? Ответить на этот вопрос ему было бы затруднительно.  Слово враг, само по себе слишком ограниченное, и не даёт возможности развернуться,  и тех, кого туманник ими считал давно убиты. А ныне, большинство людей гораздо слабее иллюзиониста, и недостойны такого звания, а те, кто мог сгодиться на эту роль, Бьякуран, например, скорее были именно соперниками, ввиду своей силы и качеств характера. Борьба с мафией, нелюбовь и презрение к людям - это всё другое, куда более простое, что нужно вычеркнуть из истории, чтобы не пачкало и без того грязный мир.  Разве что - Виндиче, которых Мукуро просто не переваривал ни в каком виде.
Не то, чтобы Мукуро сильно удивился, когда Джессо начал отвечать на поставленный вопрос, от этого и не такого можно было ожидать, к тому же, нужда в аудитории, в той или иной степени, присуща каждому, и перед кем делиться такими вещами, как не перед пленённым врагом, нагнетая интригу, как бы парадоксально это ни звучало. Но, всё же, вопрос был больше шуткой, и реакция вызвала новую волну куфуфуканья.
Когда рука блондина касается щеки, иллюзионисту инстинктивно хочется дёрнуться, но это не так просто, и совсем неприятно, когда ты связан, и приходится контролировать рефлексы, чтобы потом не морщиться на глазах тюремщика, разве только яростный взгляд метнуть можно.
- Пожалуй, они забавные, но, ты куда интересней, Бьякуран Джессо.  Кажется, тебе надоело играться с Погребальными Венками, и ты решил вырастить новых куколок, - хмыкнув, отозвался туманник.  Как же, Джокеры, эти выращенные в искусственных условиях пешки, способные на раз два одолеть едва ли не половину Хранителей Вонголы. А ведь были обычными неудачниками, или калеками. Никем, в общем. Красивый ход, ведь теперь эти «детишки» будут преданы Бьякурану.
Рокудо не так уж много о них знает, но кое-какую информацию раздобыть удалось, только начать её применять мужчина не успел, бездарно попавшись и оказавшись в камере, связанный, подключённый к мерзким трубкам и проводам, обеспечивающим ему жизнь. Впрочем, это лучше, чем если бы его кто-то приходил кормить и убирать за ним, что было бы куда более унизительнее любого проигрыша.
Но и Венки, насколько знал Рокудо, не остались без дела. Так и что же затеял белобрысый интриган? Детальней, с подробностями. Тем больше интерес, когда ещё не не все фигуры сделали ход, только жаль, что как бы хороши небыли информаторы иллюзиониста, они не могут выяснить всего.
- А ведь ты, по сути, так ничего и не сказал, озвучив самое очевидное. - Хмыкнув, Мукуро с прищуром вгляделся в визави, наблюдая за его весельем. - Куфуфу. Решил стравить Вонголу и Джокеров. Повторяешься. Хотя я не поверю, что всё так просто.
Пожалуй, смех оппонента не особо радует, если учесть положение иллюзиониста, теперешнюю почти полную его беспомощность. Мукуро бы предпочёл всего одну идею - желание поиграть в кошки-мышки, использовав штаб как полигон. Невыносимо хотелось немного размяться, и лучше бы не просто походить, а добавить в их не в меру мирный диалог немного действий. 
- Куфуфу, интрига?! - Рокудо усмехается, не скрывая смешка. - Удиви меня, Бьякуран.

Отредактировано Mukuro Rokudo (2015-08-11 02:33:07)

+1

6

С хитрым прищуром наблюдая за Мукуро и милостиво слушая его вкрадчивые предположения, похожие на крадущегося к настороженной антилопе кружными путями тигра, вроде бы безобидно проходящего мимо, но в любой миг готового ударить в самую уязвимую точку, добраться до беззащитного нутра и растерзать его на ошмётки длинными когтями-лезвиями, Бьякуран в очередной раз сказал себе, что прав в том, что намерен предпринять в самом скором будущем. Если эту базу нашёл Хранитель Тумана Вонголы, то вскоре могут нагрянуть и другие – это место больше не надёжно, нельзя долго рассчитывать на его неприкосновенность, а, значит, лучше всего будет сыграть на опережение… Только подготовить ещё кое-что, совсем немного – и всё будет полностью готово к большой игре. А это здание будет разрушено до основания, причём самому Бьякурану и пальцем шевелить не придётся. Он - дирижёр оркестра, а не один из исполнителей. Он будет просто наблюдать со стороны, направляя фигуры на нужные поля. Чёрные и белые... Всего лишь бесполезная символика. Она ничего не будет означать, когда дойдёт до дела. Впрочем, он мог бы и позволить белым пойти первыми, однако, здесь у них - вовсе не сказка, в которой светлые персонажи обязательно должны победить. Цветовая принадлежность - всего лишь глупая символика, давно устаревшая и ничего более не обозначающая. И разве его крылья не белее снега? Поможет им это? Вряд ли. Каждый сам решает, каким ему быть, в какие бы цвета ни рядили окружающие, и как бы при этом ни усердствовали. А Бьякуран никому и никогда не позволит вновь диктовать себе условия. Сон, подаренный Юни-тян, был хорош, но он чересчур расслабил его, то был милый домашний праздник, а праздники именно тем и прелестны, что имеют свойство длиться недолго и в один прекрасный день заканчиваться.

Сила? Нет, вовсе не сила его сейчас влекла. И даже не возможность запустить целую планету, как волчок, заворожённо наблюдая, как она крутится, крутится, крутится, пока не завалится на бок, выведенная из строя. Ему хотелось увидеть их взгляды. Взгляды всех этих людей, решивших, что они могут им распоряжаться, будто собственным недвижимым имуществом. Противно даже. Как они будут смотреть на него, осознав, что их благоустроенные тесные мирки рушатся?

- Нет-нет, Мукуро-кун, я не могу тебе ничего рассказать сейчас, это будет моим тебе подарком на Новый Год, - продолжая лучезарно улыбаться, благодушно ответил "падший ангел", - Могу лишь сообщить, что ты сильно заблуждаешься, полагая, что моей целью является уничтожение Вонголы. Это раз. А теперь ещё подумай вот о чём – я не могу теперь собрать Тринисетте, благодаря предосторожности всех этих скучных, приземлённых перестраховщиков. Это два. Но, как ты знаешь меня – я всегда добиваюсь своего. Это три. И именно ты как никто отлично можешь понять, что мне в действительности необходимо. Это четыре. Поняв, к чему я стремлюсь, ты сам увидишь мои планы, как на ладони. Вот тебе и повод поразмыслить, покуда наши общие знакомые не явились вытаскивать тебя отсюда… Что, благодаря полной предсказуемости нашего дорогого Тсунаёши-куна, также вовсе не секрет, и лишь вопрос времени. Я жду не дождусь, когда же Дечимо догадается, что его хотят здесь видеть, - взгляд Бьякурана на миг сверкнул сталью. Можно было не сомневаться – он и впрямь этого хочет, но вряд ли для того, чтобы погладить младшего Саваду по голове и выдать ему золотую медаль за старания. Можно было даже не сомневаться, что в своевременном явлении Тсунаёши Савады в точку рандеву заключается как минимум очень важный, если не вовсе ключевой, пункт плана Бьякурана. Во всяком случае - данного плана, который, разумеется, мог быть изменён в любой миг по прихоти "падшего ангела". И вряд ли это был весь его план, но, тем не менее... Но как заставить Десятого Вонголу прийти в нужное время в нужное место? Ах, как прекрасна возможность воздействия через наиболее уязвимую точку этого чересчур мягкосердечного для должности босса мафии молодого человека - его стремление защитить всех, даже такой ненадёжный элемент, как Рокудо Мукуро, любой ценой! С такой козырной картой можно диктовать ему почти любые условия! Да и остальные, эти его Хранители, все они ничуть не менее предсказуемы. Эта партия будет выиграна всего лишь в несколько ходов.

+1

7

Рокудо кажется, или это знакомый огонёк азарта полыхнул в светло-лиловых глазах, таких же молочных, с беленой, как и весь его образ. Отвратительный цвет, и его слишком много для одного человека. И кто сказал, что белизна, чистота и свет это связанные между собой вещи? О нет, этот тот белый, на котором красиво отпечатывается багрянец.  Это подсознание, или попытка что-то доказать?
Что же, Бьякуран гроссмейстер, до последнего предпочитающий оставаться  как бы в стороне, не пачкая таких же белых рук. И сейчас, он делает свой ход, любезничая и улыбаясь, давая подсказки и зацепки, над которыми действительно стоит подумать. Отчего-то Мукуро был уверен, что "Снежинка" не врёт, и даже хочет, чтобы его ребус решили и оценили по достоинству красоту зарождающегося спектакля,  и был прав, посчитав, что туманник способен на это. Впрочем, чем интересней сложится действие, тем больше желание выступить третьей стороной, ведя свою игру, не присоединяясь к Вонголе, с которой начинался первый акт, или Бьякурану. Хотя, это было бы даже забавно, снова прикинуться верным подчинённым. Например, сделать вид, что он проникся идеей, и хочет встать наравне с сильной стороной. Вот только второй раз такой фокус не пройдёт. Джессо не мог не изучить его, если не полностью, то достаточно, чтобы понять, что иллюзионист всегда будет за себя.
- Куфуфу. Разве, я говорил что-то про уничтожение? Это было бы слишком мелко даже для тебя. - С лёгким смешком, подпустил шпильку туманник. Глупо было бы полагать, что человек, ранее претендовавший на некое подобие мирового господства, следующей целью выберет уничтожение кучки мафиози. Тем более Вонгола, которая, как бы сильна она ни была, остаётся скорее благотворительной организацией. Своеобразный фонд помощи малоимущим, уже не похожие на мафию, как её привыкли трактовать простые смертные. - Надо полагать, ты нашёл способ как подобраться к чему-то не уступающему Тринсетте по мощи, или что-то в таком духе. Что-то связанное с "пробуждением силы" у Джокеров. - Растягивая слова на манер философского мыслителя закончил мужчина. - Вот только... Разве тебя не задевает, что в прошлой битве ты бы побеждён мальчишкой едва-едва научившимся сражаться, и нанёсшим решающий удар только из-за смерти не менее идеалистичной девочки?! Ведь ты просчитался, и наверняка захочешь взять реванш. - Тихий злорадный смех разносится по камере, и Рокудо совсем не волнует, что в своё время он точно так же проиграл Дечимо. 
Интересный подарочек, хотя, если уж говорить о праздниках, то Сантой туманник явно хотел видеть кого-то другого. Сейчас дружелюбного дарителя хотелось скорее на британский флаг порвать, просто из спортивного интереса, и желания отыграться за унизительное заточение, тем самым вернув долг. А потом можно и посоперничать. Впрочем, такие мысли только потому, что Бьякуран здесь, на расстоянии вытянутой руки, стоит и позёрствует, не хуже Капитана Очевидности подкидывая элементарные реплики-наводки.
Но кое в чём блондин был прав - рано или поздно, Вонгола во главе с Савадой Тсунаёши заявятся на выручку. Просто потому, что Дечимо иначе не может, совесть и принципы не позволят, и совсем не важно, что сам Рокудо поступил бы так только из личной выгоды. Пожалуй, мысль о том, что его кто-то заявится спасать, не радовала. Тем более - мафия. Выбраться самостоятельно, как угодно, выложившись до последнего, любой ценой но, не остаться в долгу у Десятого. Хотя, что хуже - это или  сидеть взаперти, ещё вопрос, но и в то, что не справится самостоятельно, и выиграть этот раунд не получится, верить унизительно.   
Да и кто знает, как долго это будет продолжаться. Делиться полученной информацией Мукуро не стал, и, может, у него есть ещё немного времени.
- Куфуфу. Он так и остался идеалистом, совсем не пригоден для мафии, - с притворным огорчением вздыхает туманник. - Хотя что-то в нём есть, кроме наивности и глупости. Но, разве не скучно просто ждать. Может начнём развлечение прямо сейчас?! - Предложение на удачу, но ведь вовсе не обязательно вступать в бой, а ставку всегда можно придумать.

+1

8

И снова смех Бьякурана разносится по абсолютно пустой, если не считать Мукуро и его аппарата жизнеобеспечения, камере. Бьякуран замечательно себя чувствует, чем больше Рокудо гадает, ходит вокруг да около, пытаясь попасть в цель, но неизменно проходя в паре волосков мимо нужного ответа, злится – тем ему лучше. Его улыбка ярче солнца, она сияет слишком ослепительно для этого мрачного помещения, напоминающего филиал камеры пыток.
- Значит, развлечение, говоришь? Играть? О, да, - он захвачен, поглощён, он прекрасен в этот миг, светится его тело, светится и душа, и одним-единственным гордым взмахом головы он выражает своё согласие.
Пространство видоизменяется, когда Бьякуран начинает лепить его плавными движениями ладоней, странные пассы, похожие на ворожбу. Стены исчезают, погружённое во мрак помещение теперь залито лучами полуденного солнца. За спиной "падшего ангела" распахиваются огромные белоснежные крылья, и он в небрежной позе повисает в воздухе. Шею обвивает белоснежный же небесный дракончик, его постоянный безмолвный спутник - зевает маленькой пастью, сонно моргает глазками, ему было хорошо и уютно за пазухой у хозяина, но, видите ли, тому приспичило развлечься... По другую сторону оказывается сам Мукуро, ничем не скованный, свободный, хотя и по-прежнему лишённый возможности воспользоваться даже самыми простыми иллюзиями. Они оба находятся высоко в воздухе, будто два спустившихся в мир из пушистых барашков облаков божества. Остаётся лишь гадать, мираж ли это, созданный Бьякураном, или же запущенный программой, или же перемещение в пространстве. Что вообще из его способностей сохранилось? Что в них изменилось и насколько? Что он утаил от всех своих надзирателей, если столько лет вынашивал планы избавления из-под контроля и обманывал всех?
А внизу… Внизу располагается нечто среднее между шахматной доской и полем для игры в Чойс. Поляна, созданная из шахматных клеток, но их тут гораздо больше, чем шестьдесят четыре. А ещё на поле стоят всевозможные игрушечные на вид укрепления. Башенка. Стенки, сверху напоминающие простенький лабиринт. Река и мост через неё. Деревья.
По обеим сторонам красуются фигуры в полный рост, словно в одной детской сказке о мальчике со шрамом во лбу – живые фигуры для игры в шахматы, охраняющие философский камень. На стороне Мукуро – вся Вонгола. Вот Дечимо, в плаще Первого Вонголы и даже с маленьким львёнком на плече. Взгляд – деловитый, собранный, но, при этом, и невозмутимо спокойный. На лбу – ярко полыхающий язык пламени посмертной воли. Он по центру, справа и слева, соответственно, фигуры Гокудеры и Ямамото, Хранитель Урагана, с его неразлучной сигаретой, даже в таком виде кажется недовольным и агрессивным, Хранитель Дождя улыбается, но ладони его лежат на рукоятях двух мечей, пока ещё покоящихся в ножнах, к ногам его, словно ластясь, приткнулся пёс. Справа от Гокудеры стоит Ламбо, и кажется, будто он вообще не понимает, как его сюда занесло - Хранитель Грозы откровенно перепуган. За ним – маленькая, хрупкая Хром, судорожно сжимающая жезл, на конце которого сидит и словно бы дремлет белая сова. Слева от Такеши – Рёхей, дальше – Хибари. Вот уж кто выглядит так, что от одного взгляда хочется струхнуть и сдаться… Если бы только суровость Хранителя Облака действовала на Бьякурана. В правой его руке – тонфа, в левой – ёж.
На стороне Бьякурана, что характерно, лица незнакомые. Мужчина с воткнутым в землю длинным мечом, по самому центру, напротив Дечимо. Ладони его покоятся на рукояти – это явно двуручник. Наглого вида девчонка с флейтой, поднесённой к губам - справа от него, рыжий парень с посохом, небрежно зажатым в левой руке, и цаплей, выглядывающей из-за его спины – слева. Правее флейтистки – ещё один юноша с посохом, на сей раз – блондин, и вокруг него из земли торчат осколки стекла. Слева от рыжего – одноглазый беловолосый тип с куклой на плече. Напротив Хибари стоит женщина с длинными чёрными волосами, окружённая чёрными же бабочками. Напротив Хром – довольно коротко стриженый темноволосый молодой человек со смычком для скрипки в правой руке и люминисцентной лампой – в левой, из всех Джокеров он имеет самый спокойный и непринуждённый вид.
И все эти укрытия и препятствия на пересечённой местности - между двумя сторонами противостояния. Само поле - уже подлинное произведение искусства. Несмотря на то, что отлично видно, что и деревья, и даже вода - искусственные.
Бьякуран снова смеётся. Его ситуация, похоже, забавляет донельзя.
- Сыграем, Мукуро-кун? Если ты победишь – я выполню одно твоё желание, в пределах разумного. Если проиграешь – ответишь мне правду на один любой вопрос. Причём в то время, когда я захочу узнать ответ, а не сразу после победы. Готов?
Под рукой Бьякурана возникает то самое устройство, которым он предлагал Дечимо когда-то запустить игру. Между ним и Мукуро – два табло с их именами.
- Choice, - почти беззвучным шёпотом выдыхает Бьякуран, запуская эту замечательную безотказную машину. Теперь можно заметить, что устроена она всё же иначе, хоть и очень похожа. Но рассмотреть у Мукуро времени нет – та останавливается, и имя Бьякурана на табло загорается ровным жёлтым светом. Имя Мукуро остаётся тёмным.
- Не повезло тебе, Мукуро-кун, я хожу первым, - вздыхает блондин.
И тут же фигура Нарциссы Фрезер сдвигается на несколько клеток вперёд.
- Правила просты – нужно любыми способами уничтожить фигуры противника. Все фигуры до одной. Учти – они могут преподносить сюрпризы, и, если характер их оригиналов достаточно силён, даже поступать по своему усмотрению. Чем сильнее фигура – тем на большее число клеток она способна ходить. Всё. В средствах ты никак не ограничен.
Бьякуран впервые за всё время заговорил скучающим тоном, будто объяснять какие бы то ни было правила ему неописуемо скучно.

Чойс!

+1

9

Похоже, идея не откладывать сладкое на потом заинтересовала противника, и тот довольно кивает. Что же, вне зависимости от того, чем именно захочет развлечься Снежинка, это всяко лучше, чем находиться в камере в одиночестве, без возможности даже двигаться. Какие ставки? Где заканчивается "предел разумного" для этого типа? Рокудо усмехается, прикидывая, что можно из этого извлечь. Уж точно не освобождение, на такую глупость даже столь азартная личность не пойдёт. Но, может информация, или пицца и хорошее вино? Это было бы забавно.
А, что если проигрыш?  Как интересно он собирается проконтролировать процесс? Уж точно не надеется на  то, что туманник окажется достаточно честен, и посчитает своим долгом выполнить обязательство, или думает, что Рокудо и самому будет интересно отвечать? Возможно. Всё зависит от вопроса. Но по сути, плевать он хотел на такие вещи, если только, не отвечать формулировками, дающими несколько значений, и будучи правдивыми - предлагают новую загадку вместо ответа, что уже забавно. 
- Куфуфу. Значит, чойс. - И снова Бьякуран повторяется, хотя правила этой игры довольно интересны. Никакого риска для обеих сторон, а сама игра сходна с шахматами.   - Занятно. Значит, мои фигурки Вонгола... - На миг задумавшись, туманник прикидывает расстановку сил. Самые сильные, безусловно, Савада и Хибари, они же дерутся, преимущественно, на ближних дистанциях. Средняя дистанция и мобильность - Дымовая Бомба, прикрытие и скиллы - Хром и Рёхей. Очень даже занятно. А что Джокеры? Все они тёмные лошадки, и сейчас неплохой шанс выяснить на что они способны, и это уже сама по себе неплохая цель.
Оглядевшись, Мукуро тихо рассмеялся, с наслаждением разминая руки. Пускай это пространство и не было реальным, оно воспринималось почти так же, разницу заметит лишь тот, кто привык бывать в подобных ему "измерениях". На деле же, его тело связанное, и погружено в подобие сна, как это было в Вендетте, и "прогулкам" по миру сознания, использования тел медиумов, или сад, созданный персонально для Хром Докуро, во время их знакомства.
Впрочем, не проверить иллюзионист не мог, просто на всякий случай. Это был бы такой удобный случай свалить, но, тело не пожелало воспользоваться ситуацией, будучи обездвиженным и лишённым всякой возможности проделать дыру изнутри, открыв проход если не для всей совокупности организма, то, хотя бы для сознания. Если только, их маленькие фигурки не сделают этого сами, не рассчитав, или напротив, удачно рассчитав силу. Очередная усмешка, и Мукуро разводит руками, изображая лёгкое разочарование собственным невезением. По сути, ему не особо важно как пройдёт игра, хотя и проигрывать совсем не хочется. Тут уж в свои права вступает азарт и желание не уступать никому, пускай даже, ты уже влип дальше некуда.
Первый ход сделан, и теперь его черёд. Для начала, интересно проверить защиту противника, и заодно способы управления.
Сконцентрировавшись на блондинистом парне, даже сейчас, смолящем как паровоз, Рокудо мысленно отдаёт указания к действиям, с интересом наблюдая, что из этого получится. Живые шахматы - очень забавно. Раньше он в такие не играл, и, может, имело смысл заказать такую игрушку? Роботов, там, или что-то в этом духе. Ведь возможно, хотя и будут потом пылиться в ближайшем углу, никому не нужные.
Блондин, тем временем, с характерными ему речами "что-то там про Десятого", в которые иллюзионист не стал вслушиваться, выкинул в сторону противников с полсотни быстро меняющих направление бомб.
Вместе с тем, возникла неплохая, пускай и рискованная, идея. Что если подгадать момент, и попытаться завладеть телом Зефира? У него наверняка хватит сил освободиться от влияния, но не так уж много времени Мукуро нужно. 

Меткость и сила взрыва бомб

Отредактировано Mukuro Rokudo (2015-08-18 20:51:10)

+1

10

Бьякуран с искренним любопытством наблюдал за тактикой Мукуро. Конечно же, тот не сможет управлять фигурками Вонголы в точности так, как вели бы себя их прототипы в реальной жизни. И, в конце концов, и эти, игровые, поддельные Джокеры имеют лишь часть силы настоящих. Но разве не замечательно это отражало само его отношение ко всему происходящему сейчас там, за пределами этого помещения, в большом мире, где Джессо начал новый раунд игры? И Вонгола, и эти ребята, которых он нашёл тут и облагодетельствовал, для него – не более чем фигурки на доске. Он может их спасать, причём – как Вонголу, так и Джокеров, а может уничтожить, всех, и тоже не разделяя на разные стороны противостояния. Он может давать им ключи и подсказки, а может заставить сгорать в огне дезинформации, непонимания, в гонке за собственными хвостами. Он может всё, не питая к ним ни капли ненависти, и даже по-своему любя обе группы. Тсунаёши не раз заставлял Бьякурана о многом задуматься. Столь простосердечный и наивный юноша, сколько он продержится в мафии, среди игр взрослых? Несмотря на свои двадцать пять, Савада-младший оставался совершенным дитя. Но это дитя сломает мафию, если только мафия не сломает его. В данном отношении Джессо ничуть не сомневался - Тсунаёши-кун умел настоять на своём, когда действительно этого хотел.

По большей части, не люди, живущие в этом научном центре, интересовали Джессо, а их изобретения. Они и сами не понимают, верно, на какой золотой жиле сидят! Ничего, он найдёт применение этим сокровищам. Тем более что сам он совершенно ничем не рискует, за него ходят другие. Вот эти вот ребята на шахматных клетках. Он будет забавляться, поступая с ними по своей прихоти, пока они ему не надоедят. Рокудо был не совсем прав, полагая, что Бьякуран хочет раскрыть потенциальную силу Джокеров. Оно, конечно, отчасти так и есть, однако, куда большую ценность имело само искусственное пламя, достаточно лишь его стабилизировать. Откровенно говоря, Джессо не считал, что случайно выбранные люди, по большей части – никому не нужные, если не сказать прямо – отбросы общества, могут служить лучшими сосудами для этой восхитительной энергии. Учёные, которые изобрели подобное чудо, гораздо ценнее подопытных, в их головах кроется широкая и светлая дорога в будущее. С помощью же Бьякурана они смогут абсолютно всё! А Джокеры… Нынешние Джокеры – не более, чем тестовые образцы. Но на их телах он проверит возможности всех восьми типов новоизобретённого хадо, а потом подберёт наилучших носителей. Были у него мысли сделать такой подарок своим Венкам… Но ими одними его кругозор не ограничивался. Он подберёт идеальные оболочки. В первую очередь его интересовали такие показатели, как выносливость, сила и управляемость… Однако, даже и это – лишь некоторая часть плана Джессо, замыслы его простираются куда дальше. Возможно, если всё получится – ему не нужны будут осколки Тринисетте. Но пусть Вонгола поволнуется, подумает, что он ищет именно их. Может быть, даже усилят охрану тюрьмы Вендетте, где вечный двигатель поддерживает жизнеспособность сосок Аркобалено? Было бы забавно посмотреть на то, как они все там суетятся, пытаясь просчитать его замыслы и ни разу не угадывая. А, даже если они поймут, как играть по его правилам – он всегда сможет всё изменить и подбросить на зелёное сукно новые кости. Чёт или нечет, красное или чёрное, да или нет… Ох, да ни за какие блага он не променял бы всё это на их скучную размеренную жизнь так называемого благонадёжного и приличного гражданина! Аж тошнит от их понятий о "нормальной жизни".

Кровь, закипающая на одну минуту, гораздо ценнее многих лет жалкого существования, без смысла, без цели, без адреналина и энергетики. Ну же! Заставьте поволноваться, почувствовать себя снова на волоске! Бьякуран не любил игру в одни ворота. В чём сладость победы, если она далась слишком легко? Скучную борьбу и глупость врагов Джессо ненавидел больше всего на свете… Кроме, разве что, маршмеллоу с истёкшим сроком годности. Если они слишком уж быстро и бездарно начнут проигрывать – он даже даст им немного форы и пару уступок. Так и быть. Бедных и несчастных нужно поддерживать, особенно - если имеешь на них крупные планы в долгосрочной перспективе. Кстати говоря, они были бы идеальными сосудами для нового пламени... Но, увы, предателей среди них нет, а выжигать мозг, чтобы "зомбировать" на собственную программу - дело хлопотное и плохо окупающееся, ибо без мозга они, может, и станут послушны, но даже простейшие действия им придётся разжёвывать, как для имбецилов. Бьякуран уже проверял - такие "марионетки" воспринимают всё исключительно буквально, плохо запоминают данные и абсолютно не способны импровизировать.

А, пока что, взгляд беловолосого "ангела" был прикован к полю. Первый ход Мукуро хитростью не отличался… Но то ли ещё будет? Рокудо никогда не был прост, посмотрим, что он задумал.

Кукла на плече белобрысого парня разрослась до размеров здорового ребёнка лет шести и взмыла высоко в воздух, стремительно вращаясь вокруг своей оси, рассыпая десятки осколков стекла, похожих на тончайшие спицы-иглы. Большая часть бомб была попросту нейтрализована прежде, чем успела долететь до цели. Остальные блокировала кукла. Это прошло ей не то, чтобы даром, она осталась в строю, однако, вид приобрела довольно-таки потрёпанный.

- Хранитель Урагана не похож на приличного штурмовика… - флегматично заметил Джессо, чуть покачав головой, - Тсунаёши-куну следовало бы лучше позаботиться о своей защите, потому что именно её он всегда теряет в первую очередь. Если ты хочешь отдать эту фигуру первой – так тому и быть.
Теперь пошевелилась фигурка длинноволосой брюнетки. Пять пуль, оставляющих в воздухе за собой абсолютно чёрный дымный след, одна за другой покинули дуло миниатюрного револьвера. К сожалению, из-за расстояния навести их точно оказалось довольно сложно, так что шанс реально попасть они имели не слишком-то великий, но, если Мукуро не уберёт фигурку, или как-либо её не защитит – она будет уничтожена.

Осколки стекла
Уровень повреждений куклы
Пули Тьмы

+1

11

С лёгкой улыбкой Мукуро наблюдал за столь успешно нейтрализовавшей атаку Урагана куклой, и занятными метаморфозами, с ней происходящими.
- Куфуфу. Как мило. Интересный эффект. Не хочешь представить мне свои фигурки, Бьякуран? - Разноглазый мысленно отдаёт команду использовать систему C.А.I., чтобы защититься от пуль. Терять фигурку в самом начале партии не хотелось, да и на подрывника у Рокудо были планы. Благо, щиты успешно справились с задачей, защищая того от преждевременного вывода из партии, и следующий свой ход делает Хибари, с лобовой атакой несясь на выстрелившую девушку. Один из щитов Гокудеры теперь прикрывает скалящееся в недоброй ухмылке Облако. Основная цель - отвлечь внимание всех, кого только можно, включая Бьякурана, пока малышка Хром, активировав Линзу, осматривает территорию, проверяя возможные ловушки, и границы их маленького поля боя.

Туманник куда больше увлекается идеей разнести здесь всё к чёртовой матери, и посмотреть, что из этого получится. Не жалеть ни своих ни чужих, играя за себя, устроить небольшой дебош и дать себе возможность свалить куда подальше.
Конечно, Бьякуран может сто раз планировать, как заманит Дечимо в штаб, и устроит с ним игру в кошки-мышки, а потом радостно свалит, и не сомневался, что Савада поведётся на эту игру, спеша спасти одного из своих хранителей, который совсем не жаждет, чтобы кто-то приходил к нему на выручку.
Не для того он рисковал, собирал информацию, проделал столько работы, даже бездарно попался, чтобы всё веселье ему сорвало десятое поколение Хранителей, не дав возможности выкрутиться самостоятельно, и, всё-таки, начать то, ради чего вообще затеял игру. Пусть подождёт, поищет, подготовкой своих подчинённых, всё ещё слишком слабых, займётся  и не суёт нос в его дела. Быть спасённым.... Унизительно, и не даёт возможности отыграться, отплатить противнику за собственную глупость, удовлетворить собственное любопытство, в конце-концов.
- Где заканчиваются твои пределы разумного, Бьякуран? - Со смехом спрашивает иллюзионист, наблюдая за атакующим Облаком. Какая тактика? Какая стратегия? Выбор пал на хаос, а там, и по ходу можно сориентироваться. Доказать себе, что не планируя заранее можно получить интересный результат, да и в общем - результат. Вопрос задан просто, чтобы не молчать и поддержать беседу, а не из острой уверенности в собственной победе.
Цель выбрана, и видя её, скучно стремиться только к тому, чтобы поломать фигурки противника, хотя именно этим и пытается заняться Кёя, не видя разницы в том, кого атаковать: женщину, мужчину, сильного, слабого. Собственно, с куда большим удовольствием Рокудо сам бы вклинился в битву, желательно с Облаком, вообще забив на Бьякурана, и наконец-то хорошенько размяться после недель в неподвижности, но его силы ещё ограничены, и он может только отдавать приказы копиям Вонголы.
Ещё кое-что было интересным. Это действия куклы, которая очень напоминала ту, что использовали Виндиче, да и работала, должно быть, по сходному принципу. Только вот никаких внешних проявлений хадо видно не было, и интересно бы раскрыть это подробней, заставить источник силы проявиться.

Щиты
Атака Хибари

+1

12

А Джессо, полностью войдя в роль рачительного и радушного хозяина, продолжал свою единоличную театральную постановку гранд-театра комедии и драмы.
- Конечно-конечно, как же я мог быть таким забывчивым и невежливым! – картинно всплеснул руками "падший ангел", которого продолжало развлекать всё происходящее от и до. Наверняка его бы забавляло, даже если бы сейчас сюда вломилась Вонгола в полном составе всех остальных Хранителей, или если бы по экстренной связи объявили всемирный потоп, сошествие тьмы или налёт саранчи египетской. Всё-таки очень хорошее отношение к жизни – всё воспринимать всерьёз, не забывая, что вокруг – всего лишь игра, и ни в коем случае не более того. Всё, что заставляет думать иначе – мишура и блеф, брызги в глаза, отвлекающие внимание от главного. Но Бьякуран не так прост, и на это не купится, - Эта леди – Нарцисса Фрезер, Хранительница Тьмы, - фигурка женщины с длинными чёрными волосами сделала лёгкий приветственный взмах рукой, ни на секунду, впрочем, не отвлекаясь от поля, на котором Хибари готовился пойти на таран укреплений противника, подобно живому танку, - Фу, как скучно ты играешь, Мукуро-кун, - поморщился от грубости данного хода Джессо, прикрыв ладонью лицо на пару-тройку мгновений - впрочем, ничуть не сомневавшийся, что возня в бирюльки не занимает иллюзиониста, и тот сейчас изыскивает способы, как бы его, Бьякурана, обойти, не на поле – вживую. Такой вот неприятный человек - этот их Туман Вонголы, - Аллен Эрншоу, бедный Аллен-кун, Хранитель Зеркала, - беловолосый парень с той самой куклой не казался ни бедным, ни несчастным, он что-то втолковывал своей игрушке. То ли сочувствовал её горю после знакомства с бомбами Гокудеры, то ли строил какой-то хитрый и коварный план. Ага, ага, после которого его возмечтают пришибить и чужие, и свои же, у этого же как, если никого не довёл – день прожит совершенно зря, - Жан Дженрайт, Хранитель Света и Музыки, - парень со скрипкой отсалютовал смычком, по его лицу было ощутимо заметно, что он глубоко имеет в виду эту пародию на шахматную партию, и его королевское величество здесь лишь потому, что ему нечем заняться, - Кларисса Розенкройц, Хранительница Музыки и Фантазии, - розоволосая флейтистка подмигнула и показала язык, причём не кому-то конкретному, а, виртуозным манером, сразу всей честной компании, - Сэм Пибоди, Хранитель Тишины, - рыжий парнишка с цаплей поднял посох над головой, - И Катберт Нильссен, ещё один Хранитель Зеркала, - ещё один юноша с ни дать ни взять магическим жезлом на поле взъерошил свои светлые волосы и крутанулся вокруг своей оси.

И это – всё, что они могли себе позволить во время атаки Хибари Кёи. Вот уж точно вонголовский маньяк, Бьякуран помнил этого серьёзного и мрачного, будто Собор Парижской Богоматери безлунной ночью, японца. Помнится, когда-то от него сильно доставалось отрядам рядовых Мильфиоре, да и Дейзи, вроде как, не повезло при столкновении с тонфаносцем.
- Ой, Мукуро-кун, я просто не могу, один в поле не воин – знаешь эту поговорку?! – залился искренним смехом Джессо, сейчас считая, что получил своё удовольствие сполна, чем бы ни закончился их поединок, и как бы ни развивались события дальше.
Кларисса поднесла флейту к губам и увлечённо заиграла, словно выступала на концерте имени себя, окружённая не сомнительными врагами и ещё более сомнительными союзниками, а исключительно обожающими её поклонниками. Атака Хибари застопорилась, словно на стену налетев – она, как ни старалась, не могла ничего ему сделать, но и его продвижение вперёд прекратилось, все силы теперь уходили на борьбу с закручивающимся вихрем, в который превратилась музыка.
Мелодия Клариссы, "Плач флейты" (слушать только флейту)
К флейте присоединилась скрипка Жана, и теперь они создавали одну цельную мелодию на двоих. Мелодию, тянущую, зовущую в царство снов.
- Не тут-то было, травоядное, - отчётливо прорычал на поле лже-Хибари.

Однако, двоих из рядов Мукуро мелодия всё же выбила – Хром и Ламбо поддались и осели на землю, сладко посапывая и закрыв глаза. По идее, им не наносилось никакого вреда, и фигурки, теоретически, можно было разбудить и ещё задействовать, однако, Джокеры, судя по выражениям их лиц, не намеревались давать Вонголе шанса заниматься товарищами вместо того, чтобы защищать себя.
- Слабые выходят первыми, - бесстрастно констатировал Бьякуран, - Слив засчитан, - то ли проговорил, то ли пропел он.
Что-то внезапно грохнуло над самыми головами сразу трёх из Джокеров. Сэма оттолкнуло на несколько шагов назад, Жан и Кларисса устояли на ногах, но он слегка сбился с ритма, а она и вовсе на пару секунд прервалась, после чего начала фальшивить. То, что мешало Хибари двигаться, исчезло.
- Ой, кажется, одна из твоих фигурок тебя не слушается, - снова развеселился Джессо.
Взорвались аэро-бомбы, создав мощную воздушную волну. Порыв ветра. Ну, как и полагается Шторму. Что и ожидалось, поскольку некоторые совершенно не умели стоять и смотреть, как подкашивают их товарищей.
- Ничего. Это не твоя вина. Его всегда было трудно контролировать. Надо же, получилось, - сочувственно покачал головой "падший ангел", изрядно сомневаясь при этом, что Мукуро в принципе нуждается в утешении – то была всего лишь часть его общего сценического образа, из которого конкретно сейчас Бьякурану выбиваться не хотелось.

+2

13

Всё же, управлять людьми куда интересней, чем простыми шахматными фигурками, и в этом туманник отлично понимает Снежинку, с его порывами к мировому господству. Пускай эти фигурки и своенравны, совсем как Гокудера Хаято, решивший действовать по собственной инициативе, и всегда хотят действовать по-своему, цепляясь за иллюзорную свободу, или по своему желанию перебегая с одного поля к другому, меняя цвет, и играя под новым флагом. Но, тем веселее, и больше возможностей для комбинаций.
Впрочем, сейчас явно не тот случай, и иллюзионист только смеётся, глядя на действие фигурок, с наслаждением вслушиваясь в переливы флейты и скрипки. Ради такой музыки не грех нападать именно на этих людей, провоцируя их на новые мелодии, но от него ждут явно не этого. Заказчик недоволен, и считает ходы слишком скучными, а значит, нужно добавить действия.
Две фигурки Вонголы выведены из строя, поддаваясь очарованию прекрасной мелодии Хранителей Музыки, как любезно представил их Бьякуран, и Мукуро вполне может их понять. Вот только это не очень удобно Туману, во всяком случае, касательно Хром, которая ещё не передала нужную информацию.
- А можно заказать сольный концерт? - Рокудо смеётся, с некоторой нежностью глядя на флейтистку. - Жаль тебя разочаровывать, Бьякуран, - Впрочем, по лицу иллюзиониста видно, что плевать он на это хотел, и больше занят какими-то своими размышлениями. - Так, что, наверное, я правда буду действовать с чуть большим размахом, не размениваясь на одиночные атаки. 
Усмешка, и внимание возвращается полю битвы, где, как раз, с взрывом частично развеялись чары, навеянные мелодией. 
В тот же момент, хранитель Облака призывает своё животное и высвобождает с десяток стремительно растущих ежей, в хаотичном порядке разбросанных между Джокерами, и готовыми вот-вот взорваться.
"- Давай, милая Хром, просыпайся,  -" Рокудо мысленно тянется к прототипу своей ученицы, как сделал бы это с настоящей девушкой, приводя её в чувство, всего на миг подчиняя себе сознание медиума, от чего тело разноглазого покачнулось, оставаясь без опоры, и не упало только на мышечных рефлексах, после чего контроль был возвращён, "- твой выход."
За короткий миг участия в сознании Хранительницы Тумана, Рокудо узнаёт всё что ему нужно, а конкретно, границы барьера, за которым они все сейчас находятся.
Интересно, что станет с его телом, если повредить не только защитный барьер и камеру? И каков шанс нечаянно себя же прикончить? Это было бы достаточно забавно, хотя более глупой смерти и представить, наверное, нельзя, отчего Туманник смеётся, только головой качая.
Девушка окутывается туманом, поднимается на ноги, и, прикрыв глаза как в полу трансе - скрывает от чужих глаз Хранителей Солнца и Дождя, посылаемых в атаку против обоих Зеркальщиков.  Одновременно с этим ежи достигают своего пика концентрации энергии, и взрываются, выстреливая во все стороны иголки.
- Куфуфу. Какая она ещё неумелая. - Скорее обращаясь к самому себе, почти ласково, глядя на подопечную смеётся иллюзионист. Удержать должное прикрытие для двоих, движущихся в разных направлениях мишеней для Докуро оказывается не так легко, и бегущий к Катберту Солнце рябит, больше похожий на обвешанного гирляндой, чем скрытого иллюзией. С Такеши лучше, и сразу после взрыва, появляясь практически из ниоткуда, сопровождаемый ласточкой, он задействует одну из своих техник против кукольника. 
- Дешёвый спектакль, если подумать. - Насмешливо скалится туманник, обращаясь к Бьякурану. Хотя, это, конечно, лучше чем бесцельно и в одиночестве торчать в камере. – Может, и мы поучаствуем? Я бы не прочь размяться, после недель неподвижности.

Взрыв ежей Хибари
Воздействие на Хром
Иллюзия Хром (Скрытие хранителей)
Такеши - 15
Рёхей - 6
Атака Такеши
Атака Рёхея

+1

14

Сам этот, как и выразился совершенно правильно Мукуро, дешёвый спектакль Бьякурана не занимал, но, с одной стороны, ему очень нравилось дразнить выдаваемой понемногу информацией, а, с другой, нравилось наблюдать за самим туманником. Его словами, жестами, мимикой – всем, что составляло личность этого незаурядного человека. Немногие могли так заставить кровь Джессо закипеть в венах, почитай что единицы. И даже то, какие тот делал ходы, и как реагировал на те или иные реплики или действия падшего ангела, интересовало Бьякурана донельзя. Странно, но именно с Мукуро он понимал, что значит – иметь такого врага, с которым никакие друзья становятся не нужны. И ведь у них друг с другом общего куда больше, чем с Вонголой, с Венками или с Джокерами – с последними Джессо вообще ничего не объединяло, кроме любопытства к ним и сочувствия. Сочувствия ли, или желани порисоваться, выступив в роли того, кто помог им выбраться из никчемного существования слепых и перепуганных лабораторных крысок, запертых в маленьком тесном вольерчике? В чём же заключается истина его души?
Как истинно желающий отстраниться от грязи мира небожитель, Бьякуран ставил очень высоко в приоритетах эту внешнюю чистоту. Разумеется, даже ему не хватало искусства самообмана, чтобы не понимать – он чернее безлунной ночи, чернее совести серийного убийцы. Но тут штука в том, чтобы не позволять запятнать тот блеск, которым он, как флером, старательно прикрывался, и благодаря которому обвёл вокруг пальца столько людей. Остаться белым - вот в чём вся фишка. Безукоризненно светлым. Ему, помнится, некогда нравилось вкрадчиво втираться в доверие, чтобы потом смотреть, как ради него на алтарь кладут всё, что имеют - верность, отвагу, честь, любовь. Нравилось смотреть, как все они сгорают дотла.
Неужели он снова сделался таким, в кои-то веки прекратив притворяться?

- Мукуро-кун… - ласково, почти заботливо, протянул Бьякуран, склонив голову чуть набок и взирая на туманника, будто на редкий, прямо-таки эксклюзивный, образец диковинного заморского жука, - …ты здесь всего лишь десять дней. О каких неделях ты говоришь? – он почти сочувственно, и, вместе с тем, иронично вздохнул, мол, в старости ещё и не такой склероз можно заработать.
А на поле уже почти куча-мала. Аллен, обратив свою трость в клинок, с невероятной скоростью вращая его перед собой, полностью отбивает атаку Ямамото. Катберт успешно проводит активацию первого уровня Лабиринта Зеркал, заключая Рёхея в такую же точно темницу, в какую его реальный прототип запирал Ламбо Бовино.
- Нет, прости, Мукуро-кун, я сегодня не расположен драться сам, - фыркает Джессо, не ведясь на простенькую провокацию. Он ума не мог приложить, чего добивался этим Рокудо, не надеялся же, что его реально отпустят, дадут в руки оружие и разрешат биться? Или как тот всё себе представляет вообще? - Скажи, Мукуро-кун, ты же не расстроишься, если я убью их всех? – задумчиво промолвил Бьякуран, - Просто чтобы посмотреть, что будет происходить потом… Если что – я про реальный мир там, за стенами, - он улыбнулся, - Насколько мне известно, следующего наследника Вонголы на свет ещё не появилось… Это значит, что власть может захватить кто-то со стороны. Кто-то с огромными амбициями… Может быть, этот проигравший конфликт колец бывший бунтарь. Интересно, какой Семья станет в его руках… А, может быть, Вонгола рассыплется, и те, кто так гордился ею, будут расхватаны другими Семьями, - а почему бы и нет, хорошие учёные и бойцы всем и всегда пригодятся.
Не руководство к действию - лишь желание узнать реакцию оппонента. Вызвать на активную реакцию. Было заметно, что Джессо сейчас не строит планы, просто ему приходит в голову интересная мысль, перекрывающая все остальные, и он просто её реализует, из чистого любопытства, потому что ему кажется, что так может получиться увлекательно. Хватит ли ему духу, а, точнее, наглости повторить всё по факту, а не только на словах? Творить своими руками историю, наблюдать, как воскресают из мёртвых одни, а другие, целые царства, сыплются в тартарары, давать толчок к великим, хотя и ужасным событиям… А вы спрашиваете – для чего он тогда разрушил столько миров. Да просто чтобы узнать, что случится потом! Да и сам процесс его захватывал, ведь он ждал, он надеялся, что ему попробуют оказать отпор, спасти стремительно разваливающуюся реальность, потому что без борьбы вкус у победы не тот.

И Бьякуран не сможет остановиться, прекратить играть, даже утратив абсолютно всё, сохранив единственно лишь жизнь, поскольку, пока он существует – последний раунд не завершён. Он сможет принять смерть всех своих сторонников, ему нет до этого дела, он сможет пережить крах своих планов, потому что планы – дело наживное, но, пока он сам дышит – не потеряно абсолютно ничего, даже если кажется, что конец наступил всему. Никогда не сдаваться, ни за что. Лететь к небесам, объять их своими крыльями… Вот всё, что ему нужно, всё время стремиться вверх, как бы низко ни зашвырнула его судьба.
«Ты же что-то затеял, Рокудо Мукуро, я вижу… Давай, покажи мне, на что способен, порази меня, заставь поволноваться!» - ох, разумеется, не по-настоящему, чтобы не испортить пищеварение и сон, но слегка обеспокоиться Бьякуран вполне мог себе позволить.
Нарцисса чисто для проформы выпустила в направлении Такеши ещё пять чёрных пуль, вычерчивающих позади себя подобие дымной траектории – ну, возможно, фигурке, имеющей частицу личности оригинала, и кажется, что всё серьёзно и важно, но сам Джессо не обращает на неё почти никакого внимания, поэтому и пули полетели так себе, неровно и в большинстве куда-то не туда. Бьякуран не может прекратить играть совсем, чтобы не насторожить Рокудо, пусть тот думает, что его оппонент ни о чём не догадывается.

Защита Аллена - 15.
Зеркальный Лабиринт Катберта - 17.
Пули Тьмы Нарциссы - 10, 5, 6, 17, 2

Отредактировано Byakuran Gesso (2016-09-10 01:04:28)

+1

15

Всего десять дней? В мозгу быстро начинают крутиться шестерёнки, и Рокудо довольно усмехается. Не так уж много, хотя по ощущениям, для затёкшего тела, и этого вполне хватает, можете не сомневаться. Привычка входить в некое состояние подсознательного анабиоза, во власти собственного воображения, и хоть и слабых, но дающих возможность убаюкать самого себя иллюзий, осталась ещё со времени заточения в Вендетте. Так проще воспринимать неподвижность и заточение, чтобы не начать сходить с ума, но и восприятие времени в таком полусне сильно искажается, и можно здорово пролететь с числами, как это и вышло сейчас.
Впрочем, делай хорошую мину при плохой игре и будет тебе счастье, и туманник только отмахивается с видом: "Не мешай мне драматизировать".
Вот и выходит, что Бьякуран решил заскочить на огонёк достаточно поздно, то ли будучи ужасно занятым, то ли вообще забыв, что взял пленника. Как ни неприятно это признавать, но и такой вариант развития событий Мукуро не отметал, наравне с множеством разный если, вроде нагнетания обстановки и прочих радостей.
- Какая жалость. Видимо, придётся отложить до другого раза.  - С притворным сожалением вздыхает Туман, возвращая взор кипишу на доске.
Атаки были успешно отражены, и хранитель Солнца, можно сказать, выбывает из игры, заключённый в подобие круга из зеркал. Довольно интересная техника, и Туман не прочь бы оказаться на месте Сасагавы, и посмотреть, как она воздействует на сознание, и насколько легко её сломать, можно ли обратить себе на пользу, усиливая собственные иллюзии отражениями.
Впрочем, вытаскивать его Рокудо не намерен, уже зная, что не станет продолжать эту партию, и поставит на кон всё, испытывая вредную госпожу Фортуну.
Слова Бьякурана о Вонголе, отчасти, даже задели туманника, и тот щурится, кривя губы в усмешке. Уничтожат её или нет - плевать. Эти люди для него ничего не значат, и скорбеть Туман точно не станет, но вот кое-что бесит. А именно то, что Зефир покушается на его территорию, его маленькое поле развлечений и наблюдений, которые если кому-то и дозволено ломать, то только самому Мукуро. И вместе с тем, Бьякурану не стоит так легко списывать со счёта Дечимо с Хранителями. По силе они может и уступают, сейчас, но есть в них кое-что, что поможет каждому перешагнуть через собственную грань, удивить, победить. Тот самый, один из самых интересных для иллюзиониста аспектов.
Они наивны и неосмотрительны, проявляют непростительные слабости, но когда прижмёт к стенке - внутренняя сила не позволит им отступить, и Савада Тсунаёши сможет повести за собой свою Радугу, став для них Небом, и может они-таки добьются цели, в который раз доказывая себе и другим, что ничего невозможного нет.
За это стоило уважать, и поэтому не стоило недооценивать Вонголу, и Рокудо это понимал, как бы ни зубоскалил. И тем интересней их понять, и одержать верх.
- Куфуфу. Думаешь, хоть кто-то из них что-то для меня значит? - Мукуро почти искренне изображает удивление, смеясь над сказанным как над забавной шуткой. - Я веду свою сторону, Бьякуран, и, если тебе это каким-то чудом удастся - буду последним, кто станет плакать о разрушенной семье мафиози. Разве только, подосадую, что не сам уничтожил главу Альянса.
На губах Туманника усмешка, он снова выглядит совершенно невозмутимым, привычно самоуверенным типом, который только и может, что посмеяться над подобным предположением.
- Честное слово, ты меня развеселил, Бьякуран. - Новый приступ смеха перемежается с чуть посерьёзневшим взглядом. - Но, я бы не спешил быть таким самоуверенным. Дечимо умеет удивлять, и, возможно, у него снова получится превзойти себя.
Одновременно со сказанными словами, прототип Десятого взлетает над участниками чойса, накапливая в ладонях пламя, и взяв  расстояние для "разбега" начинает ускоряться, целя, вроде как, в одного из Джокеров, но в последний момент - меняя направление, и за считанные секунды ударяет по границе барьера со всей силы, не стремясь затормозить, или скоординировать движения. Одновременно с этим сверкающий огненный вихрь, характерного оттенка пламени Урагана проносится между игроками, ударяя  то же место, куда попал луч х-баннера, буквально за секунду до этого сливаясь воедино, разгораясь и смешивая энергию двух сильнейших атак дона Вонголы и его Правой Руки.
Дальнейшее развитие событий Мукуро уже не видит, ослеплённый яркой вспышкой золотого света, и накрываемый мощным "БАМ".

Уже привычная темнота окутывает туманника, и он снова чувствует, что сознание ничем не скованно, и невидимые, но прочные границы, удерживающие его душу в теле - исчезли.   
Одно огромное пространство наполненное чернотой, то самое, в котором так легко потеряться неопытному путешественнику, и продвигаясь сквозь которое можно попасть куда угодно, стоит лишь найти достойную оболочку.
Может, другие видят это иначе, но перед Рокудо что-то сродни полного "ничто", в котором движутся мерцающие светом фигуры таких же как он, из которого он может вылепить что угодно, создавая себе любые условия, или запирая сознание заплутавшего в ловушку.
Но сейчас времени осматриваться нет, и иллюзионист стремительным потоком чёрного ничто направляется к ближайшей, медленно бредущей фигурке. Где она находится, как далеко от тела Мукуро - сейчас не определить, но выбирать особо не приходится, и парень материализуется перед ней в своём привычном виде, ласково улыбаясь, проникая в сознание, и накрывая его тёплой волной сновидения.

+1

16

Дымящиеся развалины шахматного поля рассыпаются крошечными паззлами, осыпая камеру, в которой был заключён Мукуро, ложатся на плечи его бессознательного тела, на волосы, падают на пол, покрывая тот толстым слоем, словно с огромной высоты рухнула и раскололась на миллионы составляющих гигантская мозаика. Бьякуран, только что с ошарашенным видом висевший в воздухе над игральной доской, снова оказывается рядом с оболочкой сильнейшего иллюзиониста Вонголы. Пары минут ему хватает на то, чтобы сообразить – пташка выпорхнула из клетки, оставив ту, как ненужный хлам. Безвольная скованная масса впадает в состояние комы, ни малейшего признака разума и рассудка - и простой проверки достаточно, чтобы разобраться в том, что Рокудо отнюдь не притворяется. Его просто-напросто здесь больше нет.

Бьякуран чувствует, как его распирает, прямо-таки накрывает с головой, подлинное, безграничное счастье. Ведь этот столь пафосно реализованный побег Рокудо означает, что колесо, вращаемое множеством подопытных мышек, не ведающих, что сидят под колпаком, крутится, вращается с бешеной скоростью. И, пока оно не остановилось – Джессо всё равно, в верхней или нижней части колеса располагается он сам, ему даже нравится взлетать и падать, постоянно бороться с волной, подстраиваться под резкие выверты и изменения мира вокруг себя, чтобы однажды они подстроились под него. Главное - чтобы не останавливалось, и тогда его беспечный смех никому не удастся заглушить. Но… Ах, разве можно всерьёз печалиться или радоваться поражениям и победам, если успех – кратковременное торжество, а проигрыш всегда можно изменить, исправить, и даже на самом дне падения изобрести что-то, способное обернуть ситуацию в твою пользу, вывернуться из, казалось бы, даже безнадёжного положения! О, конечно же, нет. Единственное, чем можно упиваться и наслаждаться – это самим процессом, потрясающим действом, разворачивающимся великолепной панорамой перед его очами.

- Что же ты будешь делать теперь, Мукуро Рокудо? - шепчет Бьякуран, улыбаясь теперь уже самому себе. Туманник восхитил. Ведь в этом парне есть то, что было и в самом Джессо, то, что он так ценил – стремление в любом положении извлекать пользу для себя, неспособность опустить голову и покориться, признать, что всё потеряно.
Из любопытства "падший ангел" узнает, куда сбежал этот человек. Однако, препятствовать ему ни в чём не станет. Для чего? Ему гораздо увлекательнее будет наблюдать, что тот собирается предпринять. И, может быть, Мукуро и заслужил поединок. Когда Вонгола заберёт этот кусок мяса, считающийся подлинным обликом Рокудо – Бьякуран, возможно, окажет ему такую честь. Но до этого момента ещё очень, очень, очень далеко. Так что нужно набраться терпения и наслаждаться новой стадией грандиозного лицедейства.

+1


Вы здесь » Katekyo Hitman Reborn: Burning Sky » Сюжетные эпизоды » 25 декабря 2014 года | "Обмани меня!"


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC